Я отступил только потому, что Дэнни разбил бы мне лицо, если бы я причинил боль его лучшему другу.
Хорошо. Вау. Я этого не знала. Возможно, Леви был прав.
— Это твое новое завоевание, шлюха? — Хлоя шипит и толкает меня плечом.
Я собираюсь ударить ее, как ударила Джерри, но музыка резко обрывается.
Все прекращают танцевать, и начинается болтовня. Кто-то кричит, чтобы снова включили музыку.
Затем, словно кто-то нажимает на выключатель, ропот прекращается, и толпа расступается, давая дорогу Леви и его четырем всадникам.
Он одет в форму команды и стоит посередине, будто ему принадлежит комната и все в ней.
Я отвожу взгляд, отказываясь быть втянутой в его орбиту.
Дэниел оставляет Ксандера и Ронана, вставая рядом со мной. Его суровый взгляд падает на капитана. Того самого капитана, которого он долгое время боготворил.
Самый верный лучший друг на свете.
Хлоя лучезарно улыбается Леви, как будто видит рождественскую елку. Она отталкивает своего партнера по танцу, словно его никогда и не существовало.
— Кинг, я…
— Если ты называешь кого-то шлюхой, начни с себя. — Леви смотрит на нее сверху вниз темными спокойными глазами. — Ты раздвинула ноги для половины команды и глотала для другой.
Раздаются охи и ахи. Все собираются вокруг нас, будто мы ночное развлечение.
Лицо Хлои краснеет. Ее рот открывается и закрывается, как у рыбы, но она ничего не отвечает.
Взгляд Леви сужается на Николь, которая стоит рядом с Хлоей.
— Если у тебя есть какие-то замечания по поводу шлюх, ты, возможно, захочешь начать с того, как ты умоляла об этом стоя на коленях.
— Это неправда.
Николь смотрит на него, потом на Дэна, будто он произнес эти слова.
— Ты хочешь, чтобы записи с камер доказали твою внеклассную деятельность? — Леви склоняет голову набок.
Лицо Николь искажается в чистой панике, когда ее взгляд мечется между Леви и Дэном.
Мои щеки пылают от накатывающего гнева. Леви не может этого сделать не после того, как решил разрушить мою жизнь.
Он оглядывается вокруг, словно ищет кого-то конкретного, но его нет.
Он просто смотрит в глаза как можно большему количеству людей.
Все — буквально все — либо вздрагивают, либо съеживаются, когда он встречает их взгляды.
— У кого-нибудь еще имеются слова насчёт шлюхи, которыми они хотели бы нас наградить? — он сохраняет свой холодный тон.
Но я знаю эту фальшивую прохладу.
Ее он использует, втягивая всех, чтобы потом уничтожить.
Лучшие войны одерживают победу благодаря спокойствию, а не бушующему шторму.
