.. Все-таки жива, как я и полагала. Но кто она: друг или враг? Поможет или с радостью предаст? Я ничего о ней не знаю, а, значит, ни в коем случае нельзя показывать, что пришла в себя и даже начала связно соображать. Пусть это пока останется моей тайной.
— Почему ты встала?
Кармела опомнилась быстро. Глаза ее подозрительно прищурились, она резко шагнула вперед, всматриваясь в мое лицо. Мне понадобилось все мое актерское мастерство, чтобы не отшатнуться, не напрячься в ожидании нападения, а, уставившись поверх ее головы, расслабленно, безэмоционально ответить:
— Не знаю.
.. Приказали...
— Кто?
Равнодушно передернула плечами.
— Голос... Шуршащий такой… Сначала их двое было. Второй кричал. Мешал нам. Его прогнали, остался только приятный голос. Он бормотал что-то про отдых, приятно так убаюкивающе... Я уже задремала, а он вдруг сказал, что потом все закончит, сейчас ему надо отдохнуть. Велел ждать и исчез.
— Значит, дух не завершил подготовку к ритуалу? Поэтому ты смогла...
Кармела осеклась, не договорив.
А я продолжила — ровно с того места, на котором меня перебили:
— Я жду. Сначала лежа ждала. Потом стоя. Устала...
Зевнула, повернулась спиной — одни боги ведают, чего мне это стоило — и сделала вид, что собираюсь лечь.
— Стой.
Останавливаться не стала. Села на кровать, подняла на собеседницу стеклянный взгляд и все так же заторможенно констатировала:
— Спать хочу.
— Уснешь, — брезгливо поморщившись, пообещала Мелла и протянула мне какую-то склянку. — Примешь настойку и уснешь,
Я медлила, соображая, как поступить.
Кто его знает, что мне подсовывают? И брать нельзя, и отказываться опасно.
— Давай же, пей, — поторопила женщина. — Раз пока в состоянии. Терпеть не могу вливать это пойло сама.
Пойло? Вливать? Ну уж нет! Теперь я не то, что проглотить, даже нюхать эту гадость не стану.
Что же делать? Взять, а потом уронить? Не вариант. Для хранения снадобий используется магически закаленное стекло, а оно не бьется — на собственном опыте проверено.
— Пить не приказывали, — пробормотала уклончиво.
— Я приказываю. Сейчас, — голос Кармелы наполнился металлом, и я поняла, что отговорка не сработала.
Оставалось одно — рискнуть и снова довериться своей интуиции. Ведь зачем-то она меня сюда привела? Явно не для того, чтобы умереть на алтаре безропотной жертвенной овцой.
— Пей!
Мелла теряла терпение, нужно было отвечать. И я... ответила, четко и твердо, глядя ей прямо в глаза:
— Не буду.
— Что? — на мгновение опешила женщина.
