Я даже начала подозревать, что у меня это и вовсе не выйдет, и отключусь я прямо тут, на обочине дороги, куда нас вывалил дух, однако спустя время, мне все же удалось оборвать нить так, как учил Тирхан.
Я пластом упала на парня и попыталась перевести дух. Не умрет, в ближайшие несколько часов — точно, а там мы должны добраться до Тирхана, и уж он, несомненно, поставит его на ноги.
Вот только есть проблема… Мы на дороге. Хранитель не отзывается… Я в одной ночной сорочке, а на дворе, вообще-то осень… Каким образом мы доберёмся до дома, и сколько нам вообще до него добираться?
Я медленно села, встряхнувшись от пробравшего холода.
Зрение давно привыкло к полумраку, да и луна, неплохо освещала дорогу… М-да… А позади-то лес…"
"— Г-госпожа Богиня… — Дариола несмело шагнула ко мне и посмотрела на меня широко распахнутыми глазами, в которых плескался и шок, и ужас, и твёрдая уверенность в том, что она, вероятно, спятила.
И ведь тоже почти раздетая, что там того тонкого платьишка? Спасибо, не босиком, как я… Но я-то покрепче буду.
Хорошо младенец помимо пеленок в шерстяной платок завернут…
— Кар! — морф затребовал внимание к своей персоне, и я облегченно выдохнула, успел за нами, цел…
Почти… Хвоста наполовину не было…
Черт, а он летать-то сможет? Потому что только морф сможет привести за нами людей… И хочется верить, что мы недалеко от деревни, иначе…
Я тряхнула головой, прогоняя плохие мысли. Нет уж! Мы справимся!
— Хранитель слаб, — произнесла я, глядя на ворона.
— Вся надежда на тебя. Мы продержимся сколько сможем, веди помощь, понял?!
— Кар!
Глава одиннадцатая
С момента как ворон улетел по моим прикидкам прошло что-то около получаса.
И мы бы, возможно, замерзли, если бы не скошенная трава, которую я обнаружила, когда осматривалась. Уж не знаю, чего деревенские ее бросили, пусть и не стог (размерами не дотягивал), но достаточное по объему и сушки сено.
Вот его-то я натаскала к лежащему мужчине и девушке с ребенком. Дариола не сопротивлялась ни когда я усаживала ее на сено, ни когда обкладывала им девушку и парня.
Еще б возмущалась! Сено — это тепло!
Дариола и так, бедняжка, держалась из последних сил. И, полагаю, тот факт, что она в сознании, стал возможным лишь потому, что в кровь был выброшен адреналин. Все же я немало шокировала несчастную. Была мыслишка, что с таким стрессом она и дитя скинуть может… Но будем верить в лучшее.
Себя я не жалела, не до того было.
