Его вновь мотнуло на ветке, да так сильно, что морф кулем начал падать, тело воспротивилось, сделало взмахи крыльями, вот только его «я» вновь утянуло во мглу…
Сознание вернулось рывком, а с ним и контроль над телом, Виктран с удивлением отметил, что больше не является птицей. Волком стоял перед костром и не мог отвести взгляда от незнакомки.
— Хуже, Ваша светлость… — вздох смутно знакомого старика едва долетел до сознания морфа.
— Это осужденный, — припечатал рядом стоящий стражник, расслабляясь.
Запах страха морф ни с чем бы не перепутал.
Его появление напугало всех. Но он отмахнулся от всего лишнего, продолжая наблюдать за девушкой… Ее светлость… Аристократка? Не сходится… Так, как она вела себя на озере, могут себе позволить леди только в своем доме, за закрытыми дверями, а не на виду у прислуги.
Пока Виктран наблюдал за девушкой и ее окружением, люди успокоились, детей отправили в шатры, а незнакомка со стариком вернулась к костру.
Волк не пытался приблизиться стоял, думал, слушал… Слух был острым, позволял не упустить ничего из разговора… Не упустить, жадно ловя каждое слово истории, которая была ему хорошо знакома, а вместе с тем ловить новые образы своего прошлого…
Его сознание словно раздвоилось: морф чутко следил за обстановкой в реальности и вместе с тем был перенесен в собственное прошлое, в котором звучал тихий голос:
«Радрак — мерзость, к которой прибегать не стоит никогда», — тон был поучающим, а потому морф решил, что это кто-то из его учителей.
Наверняка они у него были, раз он уверен в том, что является аристократом.
«Проси смерти, умоляй о ней, или убей себя сам! Но не позволь надеть на себя радрак! Никому не под силу его снять. Даже тому, кто надел артефакт на шею осужденного! Помни об этом, и моли!»
Голос оборвался, заставив волка зажмуриться от неожиданности. Если на нем артефакт, то он или не послушал учителя, или был слишком горд для того, чтобы просить… в самом-то деле, не мог же он забыть о таком?
Чувства нахлынули волной, откуда-то взялись обречённость, ужас и мерзость.
Они затопили его существо, заставляя заскулить… Не сразу морф понял, что эти чувства принадлежали ему в прошлом.
Волк оборвал скулеж, заметив интерес леди, но тут же смущенно отвел взгляд, когда его живот выдал такую руладу, что впору было от стыда провалиться сквозь землю. Чем занимался волк, раз не раздобыл пропитание, пока его человеческое сознание блуждало во мгле? Виктран задался этим вопросом, но тут же подскочил на лапы.
