Вместе с Тирханом мы наблюдали за тем, как мои солдаты аккуратно и по одному достают из карет пассажиров. Сначала мне казалось, что в них смогут расположиться не больше трех-четырёх людей. Все же, когда люди болеют — нужны удобства, даже в дороге… А потому вряд ли они ехали в сидячем положении… Однако реальность меня неприятно поразила. Мужчин было пятеро…
И на самом деле особой силы в их транспортировке не требовалось. Их тела практически ссохлись… Если честно, сначала я увидела одеяла, в которые и были закутаны люди, но тонкая бледная как пергамент рука, выпавшая из вороха и повисшая плетью, заставила меня вздрогнуть.
Не знаю, что за магическая болячка поразлила этих несчастных, но их страдания были длительными и мучительными…
— В дом! — вновь приказала, когда солдаты, взявшие каждого из пассажиров на руки, уставились на меня, как бараны на новые ворота. — Немедленно!
В итоге в дом я вошла первой и стремительно направилась по лестнице вверх.
На первом этаже располагалась кухня, комнаты для прислуги, отхожее общее место (пристройка с предбанником), кладовые…
Гостиная, столовая, а также гостевые покои располагались на втором этаже, третий этаж полностью отводился под господские нужды: мои покои и детская, воспитанников и ближнего круга (Тирхана, Люси, Интены), они не были большими, и моим ребяткам пока мы летом тут жили, приходилось жить в одной комнате по пять человек. Хорошо, что сейчас я их оставила в Белом Доме под присмотром Лагоды и Кариши.
Мало ли что за заразу я сейчас притащила… И ведь не притащить тоже не могу! Нутром чую, магического толка напасть…
— Сюда! — это уже Тирхан отдавал приказы, указывая комнаты, куда стоило отнести людей.
Учитель выбрал смежные гостевые покои, рассчитанные на супружескую пару (изначально, предполагалось, что в них поселится арцегерцог Амадео, если вдруг пожелает приехать с женой). Под чутким руководством Тирхана помощники Севрима уже тащили кровати из других покоев и ставили их в одной, самой большой спальне.
Все будут размещаться здесь — на манер больничной палаты.
Он поступил рационально, присматривать за всеми в одном месте легче, чем бегать по комнатам, отслеживая состояние больных.
— Итак, — когда мы остались вдвоем, произнесла я. — Кто это?
— Ближний круг Виктрана Аригальерского, — едва слышно выдохнул Тирхан и замолчал.
