Романов
На дребезжание дверного звонка с той стороны никто не реагирует, поэтому
добавляю к нему стук, который всеми силами стараюсь не превратить в
угрожающий, но эхо все равно разлетается по всей лестничной площадке.
В надежде, что соседи не вызовут ментов, прислушиваюсь к тому, что
творится за дверью. Там абсолютная тишина, судя по всему, там и правда
никого нет.
Стукнув кулаком по стене, смотрю на дверь, будто она мне что-то должна.
Она мне ни хрена не должна, но разворачиваясь к лифтам, напоследок
ударяю по ней еще раз.
Уличный свет такой резкий, что слепит глаза, но даже это не может
раздражать больше, чем неожиданное отсутствие Любы по адресу ее
прописки.
Где она?
Где бы она ни была, я бы хотел присоединиться.
Хлопнув дверью, сажусь в машину, без раздумий доставая из кармана
куртки телефон. Гудки в трубке снова затягиваются, и это выводит из себя.
Я настолько не контролирую процесс своего мышления, что даже не знаю, что вообще собираюсь ей сказать. Что люблю ее? Что подыхаю без ее"
"голоса и смеха, хотя мы не виделись чуть больше суток? Что она нужна
мне? Нужна прямо сейчас.
Именно она и только она.
— Алло…
Почему ее голос такой особенный? Почему выкручивает мне потроха даже
искаженный телефонной связью?
Потому что, твою мать!
Пф-ф-ф-ф…
Прикрыв глаза, устало спрашиваю:
— Где ты находишься?
После короткого молчания она все же неуверенно отвечает:
— Я…
— Ты, — подгоняю ее ответ.
— У меня дела…
— Какие?
Стараюсь держать себя в руках, но это хождение вокруг да около меня
достало.
— Саш… — вздыхает, и за этим вздохом я чувствую ее настроение. Она
звучит подавленно, от чего я не могу не сжимать челюсти до скрипа зубов.
— Мне сейчас неудобно говорить. Давай… потом поговорим.
— Давай поговорим сейчас, — чеканю я.
— Я же сказала, мне не удобно…
— Люба, что происходит? — требую, начиная терять терпения.
— Ничего! — выкрикивает она.
— Тогда скажи мне, где ты находишься.
— Если бы хотела сказать, давно бы сказала, — выпаливает она.
— Это я уже и так понял.
Поэтому спрашиваю еще раз, что происходит? —
проговариваю, понимая, что почти ору.
Я никогда не орал на женщин до этого дня. Я не орал даже на Яну, потому
что такой внутренней потребности у меня никогда не возникало. Но не
сегодня и не сейчас. Сейчас я готов придушить свою студентку.
— В чем вообще проблема? — кричит она в ответ. — Я сегодня занята. Я
что, не могу быть занята или… или…
— В чем проблема? — повторяю, сжимаю пальцами руль.
