Мой паспорт и мои деньги находятся в его комнате, куда я совершенно спокойно смогу войти и точно так же спокойно их забрать…
Я хотела было закрыть глаза и немного вздремнуть, но о каком сне можно было говорить, если на первом этаже дома дико завывала восточная музыка.
— Что они там колонки что ли на полную мощность включили, — пробурчала я сама себе под нос и положила подушку на голову. Пролежав так около двух минут, я бросила подушку на пол, дотянулась до бутылки с джином, налила себе рюмку и принялась медленно из нее потягивать.
"
"Через полчаса я поняла, что уже просто не могу лежать колодой и, скинув банный халат, переоделась в легкие джинсы и цветастую майку. Выйдя из своей комнаты, я хотела было войти в спальню Анатолия за паспортом и деньгами, но подумала, что еще слишком рано, что еще не пришло мое время. Спустившись вниз, я заглянула в гостиную, где веселье было в разгаре, и посмотрела на совершенно пьяного Анатолия. Он сидел прямо на полу, среди множества маленьких подушек, в национальном халате с восточным орнаментом, хлопал в ладоши и смотрел на танцующих девушек.
Увидев меня, он махнул мне рукой и оглушительно заорал, стараясь перекричать такую же оглушительную музыку.
— Маня! Пойди сюда! Веселье только начинается! Хватит там наверху одной сидеть! Ты только посмотри, как у нас здесь здорово! Красота! Ты только посмотри, как у нас здесь весело! У меня прямо дух захватывает! Я уже тысячу лет так не отрывался!!!
Я наигранно улыбнулась, прошла через весь зал и села на пол рядом с Анатолием.
Анатолий слегка меня обнял и прокричал мне прямо в ухо:
— Маня, ты смотри, какие телки классные! А вон у той, которая справа, смотри какие сиськи! А жопа! Красота! Телки все как на подбор! А как сиськами-то трясут, а бедрами! Мне всегда нравились восточные танцы, есть в них что-то такое, от чего душа из груди выскакивает! Ой, Маня, у меня от таких танцев сейчас ширинка треснет! Тяжело себя сдерживать, когда таких баб видишь!
Я посмотрела на стоящий на подносе чайник и налила себе чашечку чаю.
Анатолий чокнулся со мной рюмкой виски и уже не так весело сказал:
— Давай за нас с тобой выпьем. Правда, ты мне сегодня нагрубила, и я за такие дела должен был хорошенько тебя наказать, ну да ладно, прощаю. Я же знаю, что ты это не со зла сказала, а за Махмеда на меня обиделась. Ты же просто погорячилась. Ну скажи, ты ведь погорячилась?
— Погорячилась, — кивнула я головой и принялась пить свой чай.
— Я тоже так подумал.
