— Я говорю, где ее ковбойский костюм?
Лена с Анатолием растерянно переглянулись, а затем все с той же растерянностью перевели взгляд на меня. Первым нарушил молчание Анатолий. Он пододвинул пистолет к себе, сунул его в черный пакет и убрал этот пакет от греха подальше.
— Маша, ты хоть понимаешь, что ты натворила? — спросил он меня замогильным голосом и посмотрел в сторону лежащей на полу Киры.
— Понимаю, но ведь я ни в чем не виновата.
— Как это ты ни в чем не виновата?! Ты убила женщину.
— Я?!
— Ты!
— Это была самооборона.
— При чем тут самооборона?
— При том, что она за мной гналась! Она хотела меня убить! Она порезала мне ногу! Она полоснула мне ножом по ноге!
— Кто, Кира?
Этот вопрос чуть было не довел меня до истерики. Я хрустнула пальцами и почувствовала, как по моим щекам потекли слезинки.
— Конечно, Кира, а то кто же еще! — В доказательство того, что я говорю правду, я продемонстрировала рану на ноге. — Вот, видите! У нее нож. Это она меня полоснула. Она!
— У нее нет ножа.
— Значит, он где-то выпал. — Я опять оглянулась на Киру и задала все тот же вопрос: — Кто ее переодел и зачем?
— А почему ее кто-то должен переодевать?
— И тем не менее ее кто-то переодел.
— Я ее не переодевала, — покачала головой девушка. — Когда я проснулась от криков, я тут же вскочила с кровати, быстро оделась и бросилась в коридор, чтобы посмотреть, что здесь случилось.
— И что ты увидела? — Я почувствовала, что мне становится тяжело дышать, и попыталась подняться.
— Я увидела Киру и вас.
Кира была убита выстрелом в голову, а вы лежали без сознания.
— И все?
— И все.
— И ты не видела ни ковбойских сапог, ни шляпы, ни плаща?
— Нет, — покачала головой девушка. — Тут ничего не было.
— Следом за Леной сюда прибежал я. — Толя достал сигарету и нервно закурил. — Я увидел то же самое, что и она.
— Вы меня разыгрываете???
— Ты убила человека, какие тут могут быть розыгрыши? — Ледяной голос Анатолия заставил меня встать и уже в который раз посмотреть на лежащий на полу труп Киры.
Только теперь в моем взгляде появилась ненависть.
— Прямо чертовщина какая-то…— Я сверкнула в сторону Анатолия и Лены заплаканными, заплывшими глазами и прошипела: — Я вам клянусь, что это была самооборона. Вы же прекрасно видите мою раненую ногу. Если бы я не убила Киру, то Кира бы убила меня. Вы все время говорили мне про какие-то видения, а на самом деле никаких видений не было. Я не сумасшедшая, что бы вы мне там ни говорили.
