– Вот поэтому я и не связываюсь с малолетками, – бубнит он, вызывая лифт. – Вы вообще без тормозов.
На это заявление мне остается только хлопать глазами. Я-то тут с какого бока? Очень тянет уточнить, если с малолетками мы разобрались, то какую конкретно травму нанесли ему озабоченные дамочки, но я сдерживаюсь.
И горжусь собой ровно две минуты, пока мы не заходим в кабину лифта.
– Теперь понятно, что на меня такие спектакли не действуют? Даже не начинайте, – предупреждает меня Юдин. – Вам ничего не светит.
От подобной наглости, у меня отвисает челюсть.
То есть, по его мнению, любая девица только спит и видит, как повеситься ему на шею?
– Да уж куда мне до Павла Андреевича, – язвлю я и тут же понимаю, что зря открыла рот.
Ой нельзя таким перцам говорить подобное… Они ж за свой мачизм держатся, как передовик за знамя…
И точно.
Юдин, в этот момент нажимавший кнопку на панели, резко разворачивается ко мне. В довольно просторной кабине мне сразу становится тесно и хочется куда-нибудь сбежать, потому что я разозлила товарища всерьез.
– Вы уже который раз делаете странные намеки, – он делает шаг ко мне, и я, вспомнив про инстинкт самосохранения, отступаю, да только далеко ли в лифте убежишь? – Мне проще один раз доказать, что они беспочвенны, чем опровергать их.
Я глазом не успеваю моргнуть, как оказываюсь прижата мощным телом к стенке.
Ну кто мне доктор? Неужели я нарвалась?
Нарвалась, понимаю я, когда обхватив мой подбородок сильными пальцами, Юдин впивается поцелуем в приоткрытые от удивления губы.
Наверно, нужно было дать пощечину или сделать что-нибудь еще в том же роде, но в первые секунды я просто теряюсь от его напора. Мгновение спустя, я решаю, что надо просто дать этому самцу почувствовать, что он наконец победил, и тогда Юдин успокоится. Таким, как он, важно всегда быть сверху, поэтому-то они в начальники и выбиваются.
Однако, несмотря на то, что поцелуй изначально лишен нежности и страсти, и вообще не имел цели сделать приятно, а скорее даже наоборот, меня внезапно торкает.
То ли сказывается моя давняя сексуальная фантазия, связанная с лифтом, то ли общее напряжение сегодняшнего дня трансформируется в либидо, но неожиданно для себя я на поцелуй отвечаю.
Так же зло и агрессивно, как меня целует этот питекантроп.
И мой ответ вызывает реакцию у мужчины, причем совершенно однозначную: он вклинивается коленом между моих бедер и прижимается пахом.
