* * *— Нет! Нет! — тихо пробормотала себе под нос Лена, стремительно вскакивая на ноги. — Он… он никогда не стал бы писать мне! Ведь не стал бы, да?
Сердце отчаянно барабанило в груди. Уши закладывало от рева одичавшего пульса.
Конечности затряслись от волнения, точно у паралитика.
Она таращилась на свой мобильник потерянно, заторможенно.
Со смесью недоумения и затаенного ужаса.
Будто у нее на кровати сейчас не смартфон лежал, а самая настоящая бомба замедленного действия.
«Что делать? Что мне делать, черт подери? Как на все это реагировать?»
С одной стороны ее распирало от трепета и безграничного восторга.
Но… ревность и уязвленное женское самолюбие давали о себе знать.
Отравляли нутро. Пробуждали в душе первобытную лютую ярость.
Да такую безумную, что разум отключался и кровь в венах закипала.
«Еще и писать мне смеет! Вот ведь… гад! Иди давай к Танечке своей под бочок! У вас программа-минимум по деторождению не выполнена еще!»
Раздираемая противоречиями, Лена принялась мерить свою комнату нетерпеливыми нервными шагами, прокручивая в памяти те мгновения, что разделила с ним.
Что провела в его крепких объятиях. В его сильных руках.
Она пребывала в таком смятении, что, пожалуй, впервые в жизни не знала, чего хочет больше: долгожданной взаимности этого мужчины (кажущейся чем-то нереальным) или же более привычного тотального безразличия с его стороны.
«Разве можно быть такой красивой? — набатом пульсировал в висках голос Макарова.
— Тебе нет равных! Малышка… детка… красавица!»
Зарычав от бессилия (ибо реагировала на подобные реплики в свой адрес будто безмозглая дурочка — тупо млела и воспламенялась подобно куче хвороста), Белова раздосадованно топнула. Причем с таким усердием, что отбила собственную пятку. Взвизгнув от боли, она принялась прыгать на одной ноге в поисках облегчения. И когда оно наступило, Лена пришла в себя окончательно."
"Мигом прозрела.
Рассвирепев, подобно фурии, девушка вернулась к кровати и взяла в руки телефон, намереваясь ответить преподавателю как следует. Разблокировав смартфон и внутренне злорадствуя, Белова быстро набрала текст.
«Виктор Эдуардович? Это правда Вы? Вот так… сюрприз!»
Ответа не было более минуты. Но как же нещадно запылали ее щеки в тот момент!
К ним точно раскаленный утюг приложили, безжалостно жаля кожу.
Наконец экран телефона вновь засветился.
