— Белова? — встревоженно уставился на нее Виктор Эдуардович, когда Лена без стука ворвалась внутрь. — В чем дело? Что-то случилось?
Она ответила ему совершенно безразличным, холодным и дерзким тоном:
— Все в порядке!
Сама же принялась взглядом выискивать Барсукова среди многочисленных студентов. И вскоре нашла. Он вальяжно развалился за столом в первом ряду. Аккурат напротив кафедры, за которой сейчас возвышался Макаров.
«Как удачно!»
Заприметив ее, Гарик приветливо помахал рукой:
— О, Ленок! Заблудилась?
Надменно вскинув подбородок, Лена направилась прямиком к нему соблазнительной походкой от бедра.
А достигнув цели, демонстративно смела на пол все, что лежало на столе: ручку, тетрадь, телефон и бутылку с водой.
Тишина в аудитории повисла гробовая. Особенно, когда Белова сексуально перегнулась через этот самый стол, чуть оттопырив ягодицы, и жадно поцеловала совершенно обескураженного ее поведением молодого человека глубоким французским поцелуем. Реальность взорвалась всеобщим гулом:
— У-у-у-у!
— Ни фига себе!"
"— Охренеть!
— Вот это да!
И страшным нечеловеческим ревом:
— БЕЛОВА!
Мило улыбаясь, Лена отстранилась от Барсукова.
Как ни в чем не бывало погладила парня по голове и четко произнесла:
— Я подумала над твоим предложением! И я согласна!
— Се… кхм… серьезно? — ошеломленно пробубнил тот севшим голосом.
— Угу! — она шустро спрыгнула со стола, заметив, что Виктор Эдуардович направляется к ним. И выглядит так, будто убьет обоих на месте.
— До вечера!
Не оборачиваясь, девушка покинула помещение так быстро, как только смогла. У нее поджилки тряслись, но злость и страх придавали ей сил.
Однако, судя по всему… не только ей.
Мужчина настиг Лену уже спустя несколько минут. Грубо схватил за локоть, резко развернул к себе лицом и до хруста костей смял своими ручищами:
— Далеко собралась? — поинтересовался с обманчивой нежностью в голосе.
— Очень! — ядовито выплюнула Белова, брыкаясь в надежде вырваться на свободу.
— Прямо очень!
— Ну-ка не дерзи!
— Отпустите меня! — разъяренно зашипела Лена, буквально испепеляя взглядом преподавателя. А после возобновила попытки вырываться из его объятий, в которых он сдавливал ее, как в тисках. — Да отпустите же вы!
В ответ Макаров лишь плотнее притянул брыкающуюся девушку к себе.
Обездвижил и раздраженно встряхнул, точно тряпичную куклу.
— Что это было? — утробно прорычал вдруг, сотрясая воздух. И повторил, оскалившись зверем.
