— Какой же он классный! Не могу… когда его вижу, прямо лужицей расплываюсь!
— Кто? — уточнил кто-то из ее знакомых. — Ты о ком сейчас?
— Кто-кто? Заладили! Макаров! Кто же еще?
«Да уж, действительно…»
Едва услышав знакомую фамилию, Белова с трудом удержалась от мучительного стона. Пальцы предательски дрогнули, резко сжали цепочку.
— Ай! — пискнула Юлька, рефлекторно хватаясь за свои волосы. — Не дергай!
— Извини!
Каким-то чудом (несмотря на страшный тремор во всем теле) она все же умудрилась распутать этот «морской узел».
А после отступила в сторону, присела на корточки и принялась торопливо расшнуровывать свои кроссовки. Но Инна никак не унималась, ее будто распирало от эмоций:
— Такой брутальный! Властный — как гаркнет, аж мурашки по коже бегут! Самец, одним словом! Да что там самец… он — ходячий секс! Горячий физрук!
Большинство девчонок глупо захихикали, так или иначе соглашаясь с ней.
«Мне все равно! Мне все равно! Я не слушаю!»
— А видели, как он смотрел на меня всю пару? Прямо глазами буравил!
— Да прекрати! — фыркнула Юлька.
— Просто взгляд у него такой… тяжелый. Но он на всех смотрит одинаково. За всеми наблюдает. Потому что ответственность несет. Вот ногу себе сломаешь ты, а отвечать-то ему!
— Нет-нет-нет! — воспротивилась Инна. — Здесь другое! Он просто хочет меня! Не смейтесь, я серьезно! Я так-то в состоянии понять, когда меня хотят!"
"Несмотря на всеобщее веселье и гогот, царивший вокруг (ибо Инну подняли на смех), у Лены на душе кошки скребли. Девушка оказалась совершенно не готова к тому, что Виктор Эдуардович может нравиться не только ей и Тане.
И совершенно неуместная ревность вновь пробила брешь в ее душе.
В горле встал болезненный ком. В глазах нещадно защипало.
«Плевать! Плевать! Я выросла. Я поумнела. Я не убью эту идиотку прямо на месте. И даже волосы ей не повыдергаю. В школе я готова была творить любую дичь, лишь бы отвоевать право на этого мужчину. Теперь — нет!»
Тем не менее оставить подобное заявление без ответа Лена тоже не могла.
А потому, собрав волю в кулак и натянув на лицо маску безразличия, она избавилась от обуви, сняла спортивные штаны, потянулась за джинсами и будто между делом холодно обронила:
— Не обольщайся! Ему и без тебя есть кого хотеть!
Инна воинственно прищурилась:
— Тебя, что ли?
— Нет, не меня.
— А кого тогда?
— Девушка у него имеется. Даже живут вместе.
— Ну, девушка — не жена! Да и жена — не стенка!
— Дура ты, Инна! — вмешалась в их разговор Попова.
