– Как София? – уточнил я, накидывая пальто.
– Ты ей нужен. Ждем… – коротко бросил Роман и завершил вызов."
"Почти следом пришло сообщение с адресом больницы и я, чертыхнувшись, выскочил из номера. Больница находилась почти на окраине, а мне еще предстояло поймать такси.
Из-за удаленности и сплошных пробок ехать пришлось долго, почти час, и это был, пожалуй, самый длинный час в моей жизни.
Пока ехал, Роман скинул мне еще одно сообщение, в котором говорилось в каком крыле и отделении они находятся, поэтому, влетев в больницу, сдал вещи в гардероб, и сразу же, не дожидаясь лифта, рванул на третий этаж здания.
Издалека увидел сидящего на диване в коридоре Романа. Он встал навстречу и, пожав руку, неожиданно улыбнулся.
– Как Ваня? Где он? – выпалил я, и мужчина кивнул на соседнюю дверь палаты.
– Все обошлось, сейчас он спит, – отозвался мужчина немного уставшим голосом.
– Я хочу его увидеть, – шагнул я к двери.
– К нему пока не пускают, – придержал меня за руку Роман, – Просили подождать, как проснется.
– А где София? – с беспокойством уточнил я, не наблюдая ее рядом с сыном через прозрачную дверь палаты.
– Она у врача, – подозрительно улыбнулся Роман, – Тебе лучше пойти туда самому и прямо сейчас.
– Где? Куда идти? – нетерпеливо спросил я.
– Последний кабинет направо, – кивнул мужчина, – Иди, я тут побуду.
Шагая по длинному коридору, всерьез переволновался, подозревая, что София беседует так долго с врачом неспроста и с Ваней твориться что-то по-настоящему серьезное, просто Роман не стал говорить это сам.
Но его подозрительно спокойное состояние и не сходящая с лица улыбка выбили меня из колеи.
Подойдя к нужной двери, осторожно постучал и тут-же приоткрыл дверь, предполагая, что жест вежливости мной соблюден. Но я абсолютно не был готов к тому, что увижу.
София лежала на кушетке с оголенным животиком, а врач водила ей округлым датчиком чуть ниже пупка. На экране монитора, в который не отрываясь смотрела София, четко просматривался силуэт малыша, а на весь кабинет раздавался журчащий ритмичный звук биения маленького сердечка.
Я так и остался незамеченным, поэтому осторожно подошел ближе, затаив дыхание.
– Вот посмотрите, – вполголоса проговорила врач, сидящая ко мне вполоборота, – Ручки, ножки, сердечко, все в порядке. По параметрам срок соответствует семи, максимум восьми неделям.
– А кто там? – восторженно прошептала улыбающаяся София, даже не пытаясь утирать текущие по щекам слезинки.
