Екатерина Ивановна казалась огорошенной не на шутку, и я могла лишь теряться в догадках о том, что было тому причиной.
Усадив ее за стол на кухне, я автоматически заварила чай и, дав свекрови отдышаться, спросила снова:
- Мама, что же ты не позвонила? Что произошло?
Она посмотрела на меня - почему-то виновато - и, покопавшись в сумке, выудила оттуда какие-то бумаги. Подтолкнув их ко мне, сказала:
- Милушка, я несколько ночей не спала - все думала, как поступить… И поняла, что жить спокойно не смогу, если все тебе не расскажу.
Я кинула короткий взгляд на бумаги - это был договор дарения. Внутри заворочалось дурное предчувствие.
- Я давеча решила разобрать наш старый шкаф… ох, Милушка, сама знаешь, в однушке нашей места постоянно не хватает! И я думаю - а дай я у Паши в ящиках посмотрю, может, чего переложить можно, освободить хоть полочку… А ты знаешь, он так не любит, когда я у него роюсь… но в этот шкаф он уж лет сто не заглядывал! Я рассудила - авось и не заметит…
Свекровь выпалила это все на одном дыхании и теперь жадно хватала ртом воздух.
А я не могла избавиться от свербящей мозг мысли - Антон не считался даже с родной матерью. Столько лет у него были какие-то тайные квартиры, а родители ютились кое-как в старой хрущевке…
- И тут вот нашла я эти бумаги… - продолжала, тем временем, мама. - А они еще так запрятаны были ловко, под ящик с инструментами, сразу и не заметишь… А я как читать начала - аж плохо стало…
Я протянула дрожащие пальцы к бумагам, уже подозревая, что там увижу.
Пролистала, пробегая глазами объекты дарения - машины, машины, машины…
- Милушка, я так испугалась! Ну откуда у мужа моего деньги, чтобы машины покупать и сыну дарить? Мы за всю жизнь и одной-то не нажили, а тут целый гараж… Я сначала подумала - может он хлам какой скупил? А потом у Вадика спросила, мол, хорошие ли это машины? Может, накопим тебе на подарок на восемнадцатилетие. А он рассмеялся - ой, говорит, бабуль, насмешила ты меня! Таких машин даже папе по работе не выдают, это целое состояние…
Я криво улыбнулась, глядя на указанные в дарственных модели.
Бентли, Порш, Бугатти…
- Я боюсь, Милушка, - приглушенно пробормотала свекровь. - Неужто мой муж с криминалом каким связался?
Я почувствовала, что готова заплакать. Поднялась кое-как на ноги, отошла к окну, не зная, как смотреть в глаза свекрови. Хотя мне стыдиться перед ней было нечего. Вот только очень больно раскрывать матери правду о ее ребенке.
