То же самое относилось и к Оборотню – Бен мог это утверждать, потому что видел его парализующим крупным планом, какого не увидишь ни в одном кино, даже в трехмерном, потому что ощущал кончиками пальцев подшерсток грубой и жесткой шерсти Оно, потому что заметил маленький злобный оранжевый (как помпон!) огонек в одном из зеленых глаз Оно. Все это было… ну… грезами-ставшимибылью. И обратившись в быль, они ускользали из-под власти грезившего, становились смертельно опасными сами по себе, способными на независимые действия.
Серебряные кругляши сработали благодаря их общей – всех семерых – вере в то, что они сработают. Но Оно кругляши не убили. И в следующий раз Оно предстанет перед ними в новом обличье, над которым серебро властно не будет."
"«Власть, сила, – думал Бен, глядя на Беверли. В общем, все нормально; ее глаза снова встретились с глазами Билла, и они смотрели друг на друга так, будто вокруг никого не осталось. Лишь одно мгновение, но для Бена оно растянулось надолго. – Все всегда упирается во власть.
Я люблю Беверли Марш, и она обладает властью надо мной. Она любит Билла Денбро, то есть он обладает властью над ней. Но, как я понимаю, он на пути к тому, чтобы полюбить ее. Может, причина в ее лице, в том, как она выглядела, когда говорила, что она девочка и ничего не может с этим поделать. Может, дело в обнаженной груди, показавшейся на секунду. Может – в том, как она иногда выглядит, если удачно падает свет, или в ее глазах. Не важно. Но если он начинает ее любить, она начинает приобретать власть над ним.
У Супермена есть сила, но лишь когда рядом нет криптонита. У Бэтмена есть сила, пусть он не может летать и видеть сквозь стены. У моей матери есть власть надо мной, а у ее босса на работе – над ней. У всех есть какая-то власть, за исключением разве что детей и младенцев».
Но тут он подумал, что власть есть даже у маленьких детей: они могут кричать, пока ты что-то не сделаешь, чтобы они заткнулись.
– Бен? – спросила Беверли, глядя на него. – Проглотил язык?
– Что? Нет.
Я думал о силе. Силе кругляшей. – Билл пристально посмотрел на него. – Задался вопросом, откуда эта сила взялась.
– О-о-от… – начал Билл и закрыл рот. На лице отразилась задумчивость.
– Я действительно должна идти, – прервала паузу Беверли. – Еще увидимся, так?
– Конечно, приходи завтра, – ответил Стэн. – Мы будем ломать Эдди вторую руку.
Раздался смех. Эдди сделал вид, что бросает в Стэна ингалятор.
– Тогда пока. – И Беверли вылезла из клубного дома.