Отец считал, что детям необходим свежий деревенский воздух, чтобы те росли здоровыми, и редко брал их с собой в столицу. Эдвард и сам не слишком любил Лондон. Он бы предпочел никуда не уезжать из Суссекса. Но в настоящий момент было куда удобнее жить здесь. Таким образом он экономил время, и сегодняшняя встреча с Уиттерсом была лишним тому доказательством. Незадолго до полудня он послал за поверенным, а уже ранним вечером, до ужина, успел с ним встретиться и заключить соглашение. И за Чарли присматривать, находясь здесь, было куда удобнее, чем всякий раз приезжать из Суссекса.
И он мог видеться с Луизой, которая вместе с семьей приехала в столицу к началу сезона.
Как раз в тот момент, когда Эдвард уже собирался отойти от окна, он заметил стремительно приближавшийся к дому небольшой экипаж. Карета остановилась у самых ступеней дома, и при этом упряжь зазвенела так, что слышно было за версту. Эдвард из чистого любопытства задержался у окна, чтобы посмотреть, кто выйдет из экипажа. Он никого не ждал и не был в настроении принимать гостей.
И все же не так часто по Беркли-сквер проносятся экипажи, и уж тем более не часто такие вот экипажи останавливаются у этого дома.
Из кареты вышла женщина. На ней было темно-серое платье, довольно элегантное и солидное, но волосы ее под шляпкой сверкали, как новенький медный пенс, и он, конечно, не мог не заметить, что у нее был весьма внушительных размеров бюст. Она пригладила юбки, затем подняла голову и окинула дом взглядом, полным такого невыразимого презрения, что Эдвард моргнул от неожиданности.
Даже с такого расстояния он определил, что женщина была разгневана. Она расправила плечи и поднялась по ступеням, после чего пропала из виду.
Эдвард решил, что дама явилась к Чарли. А к кому же еще? Наверняка Барнс далеко не все рассказал ему об истории со сломанной ногой."
"В дверь постучали так, что эхо от дверного молотка прокатилось по всему дому. Последовало несколько весьма решительных ударов. Эдвард невольно задумался о том, что такого натворил его брат, что могло так разгневать эту женщину, и почему она явилась к нему, а не к Чарли.
У него не было никакого настроения утешать брошенную любовницу или возмущенную содержанку. Пусть Чарли сам решает свои проблемы, тем более что он и так взял на себя немало его забот, пытаясь сохранить для него наследство и титул.
Эдвард направился в спальню переодеваться — сейчас было самое время навестить Луизу. Несколько минут спустя в дверь его постучал дворецкий.
