Он беззастенчиво пользовался всеми теми преимуществами, которые давали ему богатство и положение в обществе. Его герцогиня умерла, родив ему трех сыновей, и каждого из них он стремился вырастить похожим на него.
— Ни один из нас не похож на отца. По крайней мере, не настолько, чтобы можно было говорить об этом. И в кругу семьи покойный герцог, был человеком добрым и великодушным. — Эдвард откашлялся. — В остальном все написанное — правда.
— Или, скорее, не герцогиня, а вторая жена двоеженца. Герцог во времена буйной молодости успел вступить в брак, хотя много лет никто не видел эту женщину.
Кто возьмет на себя смелость предположить, каким образом герцог мог бы избавиться от нежеланной и во всех смыслах доставляющей неудобства первой жены? И сейчас его дальний родственник Августус вот-вот может унаследовать огромное поместье Дарем и титул, поскольку сыновья герцога, очевидно, всего лишь внебрачные дети, не имеющие прав на собственность их отца.
— Домыслы и преувеличения, — сквозь зубы процедил Эдвард.
— Самый старший из сыновей Дарема, лорд Грешем, бездельник и беспутный ловелас, участвовал в восьми дуэлях, регулярно играет в азартные игры, неумеренно выпивает, водит дружбу с весьма сомнительными личностями, наставил рога, чуть ли не половине парламента, имеет долги, и сломал ногу в пьяной драке.
Эдвард нахмурился.
— Насколько мне известно, он сломал ногу, свалившись с лестницы, будучи пьяным, и восемь дуэлей — это слишком высокая активность для моего ленивого брата. Но в остальном портрет верен.
— Младший из сыновей — офицер, получающий взыскания за нарушения дисциплины также часто, как и награды за храбрость. Как и его старший брат, он слывет любимцем женщин, особенно ему благоволит жена командира его полка, которая много моложе своего мужа.
— Джерард слишком умен, чтобы заводить интрижку с женой командира, — ответил Эдвард. — Я надеюсь. — Он откинулся на спинку кресла. Теперь он уже не казался таким напряженным, как вначале, словно осознал, для чего она все это затеяла.
Франческа перевернула страницу.
— Средний сын герцога Дарема — человек холодный и расчетливый, — читала она, прилагая усилия к тому, чтобы голос ее не срывался и не дрожал. — Он безжалостен и в том, что касается ведения дел, и в том, что касается нежных чувств. По слухам, он расторг помолвку с леди Луизой Холстон после того, как узнал об отчаянном финансовом положении ее отца, и бросил даму своего сердца как раз в тот момент, когда она более всего нуждалась в поддержке и опоре.
