— А вам свойственны скромность и сдержанность? — Эдвард потянул поводья, приостанавливая коней, и с интересом посмотрел на нее. На проезжей части впереди разбили рынок, что означало, что им придется дальше идти пешком.
— Конечно, — с подкупающей безмятежностью ответила Франческа. — Эти качества присущи всем женщинам.
Эдвард спрыгнул с коляски и привязал коней, затем предложил ей руку. Его ладонь крепко сжала ее ладонь, когда он помогал Франческе спуститься на тротуар. Она чувствовала тепло его руки сквозь слой перчаток.
Он не отпускал ее руки и когда она прочно стояла на земле. Франческа подняла голову и увидела, что он смотрит на ее так пристально, что ей захотелось съежиться под этим взглядом.
— Как вы меня… заинтриговали.
— Но во мне, возможно, сдержанности меньше, чем у других, — вынужденно призналась она.
Он наблюдал за ней, когда они направились через рынок к галерее.
— Надеюсь, вы когда-нибудь мне это продемонстрируете.
Франческа вопросительно приподняла бровь.
Нельзя сказать, что она совершенно не осознавала, что это похожее на флирт, но, с другой стороны, флирт — это то, чего она меньше всего ожидала от Эдварда де Лейси. Нельзя также сказать, что ей это не нравилось, несмотря на самой себе данную клятву в том, что их отношения не перейдут за рамки чисто деловых. Он совсем не походил на чопорного, чуждого всяким эмоциям господина, каким оказался ей вначале их знакомства. У него такой красный рот. Каково бы это было — поцеловать его? Было бы ужасно обидно, если он не умеет целоваться.
Что за порочные мысли! Тем не менее, Франческа позволила себе улыбнуться — и улыбка, которая заиграла у нее на губах, именно такой и была — порочной. Она успокоила себя тем, что легкий флирт еще никому не привносил вреда.
— Вы уверены, что хотите увидеть во мне скромность? Часто мужчины говорят, что предпочитают скромность, но потом находят ее… разочаровывающей.
— Я никогда не говорил, что предпочитаю скромниц, — ответил Эдвард.
— Я сказал лишь, что для того, чтобы поверить в то, что вы обладаете этим качеством, я должен видеть его проявление.
— Как нелюбезно с вашей стороны намекать, то я никогда не вела себя, как подобает леди.
— Никогда. Возможно… возможно, я предпочитаю видеть вас именно такой, — сказал он, бросив на нее многозначительный взгляд.
Франческа засмеялась, чтобы скрыть удивление и еще более тревожащую дрожь возбуждения. Он явно принял ее игру.
