Перед отъездом нам выдали новую одежду, которая по-видимому отлично вписывалась в легенду, которую нам придумал Герман — я была одета более, чем скромно, а Волков — по военному сдержанно.
В общем, такая вот парочка семейная.
Когда же нас привезли не куда-то в квартиру, а во вполне себе презентабельный дом за городом, то я слегка растерялась.
— Это наш дом? — удивленно спросила я шепотом, как только мы вышли из машины.
— Да, Оля. Теперь — наш.
я тут же подобралась, услышав новое имя.
— А зачем такой большой? Разве нам много надо?
Но Руслан ничего не ответил.
Нам провели небольшую экскурсию по территории, рассказали про охрану и управление из дома. После чего мы остались одни. Точнее наедине с охраной, которой было более чем достаточно.
— Идем, — требовательно произнес мой муж и повел меня обратно в дом. Он так быстро шел, что я едва поспевала за ним.
Мы пришли в нашу спальню, которая впринципе выглядела довольно мило, если бы не мужской минимализм во всем. Не то чтобы мне много было нужно, но…
— Как тебе? — наконец спросил Руслан, закрыв за нами дверь.
Я медленно прошла вглубь комнаты, оглядываясь по сторонам.
— У нас правда камеры в каждой комнате? Даже здесь?
— Здесь нет. Но тем не менее…
— Я понимаю."
"Волков медленно подошел ко мне, взял за руки. Несмотря на то, что все вроде прошло неплохо, он выглядел озабоченным.
— Понимаю, ты не так представляла себе замужество и свою жизнь…
— Стой! — перебила я его. — Не надо только брать на себя вину и что-то обещать исправить.
Ты со мной. Это уже немало. А остальное… Поверь, у меня были ситуации и похуже.
— То есть ты совсем не злишься? — уточнил он.
— За что? За то, что ты ради меня отказался от своей жизни? Что спасал меня все это время и помогал? Что продолжаешь беспокоиться о таких, по сути, неважных вещах, как мечты про белое платье? — я все же не сдержала улыбку. Все-таки несмотря на свою дальновидность этот мужчина не особенно разбирался в отношениях и чувствах.
— Когда ты так говоришь, я чувствую себя настоящим героем, — невесело усмехнулся Руслан, а взгляд у него стал такой странный и отрешенный.
— Ты и есть герой. Для меня. А еще самый близкий и любимый человек, — заверила я его. — И я во всем буду с тобой рядом.
Муж помрачнел и отвел взгляд.
— Не во все я бы хотел тебя вовлекать. Но Герман не позволит сдать назад. А его бизнес… Не во всем легален и чист.
— Мне плевать! Плевать, потому что я люблю тебя. Ты — мой муж.
