— А вдруг я и вправду придумала всю эту историю? Виталика, Жоржсанд, Ленку, Милу, Валю… Того же Потюню вполне можно было выдумать… Но как же тогда Вадим, Марта, Ванечка, Сережа? А мама, отец, Арина Ивановна с Ниной Георгиевной, Оксана? Как можно писать о любви, не прочувствовав всех ее взлетов и падений, не измерив этих амплитуд?»
«Бесконечность любви, бесконечность печали. Бесконечная нежность в груди…», — книга наугад открылась на этих строках. — Хильда, Галина Петровна, Зина, Андрей Леонидович… Вы писали эту книгу вместе со мной, хотя и не подозревали об этом! Миг бесконечности… — улыбнулась Катя парадоксальному, на первый взгляд, словосочетанию профессора Ладышева.
— Миг бесконечности — это любовь! Для одних любовь — секунда, для других — вся оставшаяся жизнь!»
На ходу отряхивая мокрые руки, из ворот вышел Веня.
— Вовремя я… Подсобил маленько мужикам крышу поднять, — гордо отчитался он. — Вот никогда не сомневался, что баба ты, Катька, умная. Но нельзя же так надо мной издеваться и раз за разом рушить сложившиеся стереотипы! Ну вот как тебе удалось найти такого Ладышева? Полуолигарха, который собственными руками ремонтирует крышу парника тестя и получает от этого удовольствие? Нет, ты мне скажи, как тебе это удалось?!
Катя расхохоталась:
— Он еще и по ночам к ребенку встает, Веня! Миг бесконечности!
— Что?.
. А, ну да. Хорошая книжка получилась, — по-своему понял он ее ответ. — Я, когда рукопись прочитал, сразу сказал: «Надо печатать!» Помнишь?
— Помню, — с теплотой посмотрела она на друга.
— Спасибо, что помог мне ее написать.
— Напечатать, — поправил тот. — Ладно, поехал я. Дай бусю! Завтра увидимся… Да, чуть не забыл, — уже отрыв дверцу машины, хлопнул он себя по лбу. — Я тут между делом всех наших оповестил, что у тебя книга выходит. Кто-то удивился, кто-то порадовался, кто-то не смог скрыть зависть. Но при этом все изъявили желание пропиарить тебя совершенно бесплатно. Так что готовься. В понедельник у тебя первое интервью для нашей газеты. Ни за что не догадаешься, кто его будет брать!
Катя вопросительно приподняла бровь.
Но Веня не дал ей подумать.
— Стрельникова! Наша Стрелка! Между прочим, уже начальник отдела! А я тебе говорил, что она далеко пойдет? Нюх у меня на хороших журналистов, как у той собаки!.. Ладно, поехал!
Прижав к груди книги, Катя проводила машину Вени взглядом.
— Мамочка! — услышала она голос Марты и обернулась.
Навстречу, расставив ручонки и заливисто хохоча, бежала подросшая дочь.
