— Сейчас посмотрю, как вам удобнее дальше добираться.
— Что? Ах, да. Энгер. Это недалеко от Билефельда, — пояснила Катя, поймав себя на мысли, что пока еще не свыклась с тем, что через несколько часов они с Мартой пересекут границу.
«А ведь еще неделя оставалась… Столько дел недоделано, столько встреч обещано… Не успела купить Оксане духи! — вспомнила она и расстроилась окончательно. — И с Вадимом могли бы еще встретиться, познакомила бы его с Мартой… С книгой до конца не решилось, с Валентиной обложку не обсудили.
Валя! Она же переживает, ждет Максима! А я только о себе и думаю…»
— Андрей Леонидович, извините, пожалуйста! Я хотела спросить…
— Да, слушаю, — отвлекся от планшета Поляченко.
— Хотела узнать, в какой больнице находится Максим… Обухов, — припомнила она фамилию.
— А вам он зачем? — Андрей Леонидович повернул к ней лицо.
— Не мне. Понимаете, его разыскивает одна женщина. Моя подруга, Валя Замятина… Мне надо ей сообщить, что он нашелся.
— А вот с этого места по порядку…
«Этого еще не хватало! — думал Поляченко, слушая краткий рассказ-пояснение Евсеевой.
— Вот тебе и третий факт для следователя. Екатерина Александровна через подругу знала, кто такой Обухов. Его выводы и дальнейшие действия можно предполагать с высокой долей вероятности. И Вадим хорош! Почему не рассказал мне вчера, что Максим узнал ее по фотографии?»
— …Теперь понимаете, почему я должна ей рассказать, где он? Вы мне только скажите, какая больница.
Я ей позвоню.
— Для чего?
— Ну, как?.. Навестит, станет ухаживать…"
"— Вы сами понимаете, что говорите?! Максим Обухов — под следствием! Как минимум его подозревают в убийстве одного человека. Как максимум — ему еще предъявят обвинение в участии в организованной преступной группе, незаконном проникновении на территорию завода, подмене оборудования, причинении материального и морального вреда корпорации «UAA Electronics», нанесении легких телесных повреждений нашему сотруднику! Да ее и близко к палате не подпустят! Вы соображаете, во что втягиваете свою подругу, а заодно и себя?! — вскипел Поляченко, выведенный из себя ее наивностью и полным непониманием своей роли в ситуации.
— Вы уже под подозрением! Или хотите, чтобы немецкая полиция отконвоировала вас под белы ручки обратно в Минск?!
— Но ведь она его любит… — пролепетала Катя.
Таким раздраженным она видела Поляченко впервые. Было отчего испугаться.
