— Зная его, такое счастье мне с неба не упадет… «Подумай о Марте»… Это Марта наконец-то убедила меня подумать о ней…»
Странное дело, но чем больше времени проходило с момента, когда открылась правда, тем меньше оставалось в ней негодования в адрес Генриха. Его место заполняло полное равнодушие. Весь негатив куда-то незаметно вылился, испарился. События же последних двух дней окончательно опустошили сосуд с эмоциями. Прямо сейчас в нем ничего не бурлило, не окрашивалось в разные цвета, не заставляло хозяйку хоть как-то реагировать: плакать, смеяться, восхищаться, ликовать.
Сосуд был совершенно пуст.
Придется повременить с решительными действиями, пока не будут поданы документы на продление вида на жительство. Из года в год эта процедура сжигала немало нервных клеток и отнимала кучу времени. Бюрократическая машина в Германии работала основательно, но неторопливо. Одни чиновники, грозя санкциями, требовали справки, которые еще не отдали в предыдущем ведомстве, те в свою очередь не действовали, пока не получили подтверждающего документа от других структур… Жаловаться не принято, дабы не навредить.
Хорошо хоть экзамен по немецкому на требуемый уровень давно сдан. Оставалось набраться терпения и ждать. Лишь один раз это не доставило ей особых хлопот — накануне кесарева и первой операции Марты. Но тогда подготовкой всех документов и обоснований занимался детский фонд.
«Поздравляю!» — заставила она себя написать Генриху, так как следовало хоть как-то отреагировать.
И перешла к сообщениям следующего адресата.
«Думаю о тебе, даже разговариваю мысленно. Приезжай!!!» Далее следовал подробный адрес. Еще раз просмотрев сообщение от Колесниковой, Катя заострила внимание на трех восклицательных знаках и… вдруг почувствовала всю глубину одиночества Лены!
«Ей в сто раз хуже, чем мне! — захлестнула волна сопереживания: эмоциональный сосуд недолго оставался пустым. — Надо как-то собраться и съездить! Через неделю начнется подготовка к операции, будет не до поездок…»
За спиной послышался шум работающего двигателя, и Катя сразу узнала старушку-подружку БМВ.
О том, что надо ремонтировать глушитель, накануне вечером сообщил отец: видно, зацепили в лесу какую-то корягу.
Спрятав телефон, она вышла из салона и почти сразу столкнулась с расстроенной Ариной Ивановной, прижимающей к груди объемный пакет.
— Вот, в дорогу кое-что из еды собрала.
