Так сказал ветеринар.
Овчарка и окрасом точь-в-точь походила на Гранда. Но меньше размером — девочка. В памяти сразу всплыли совместные с мужем прогулки вдоль Свислочи… Как же им было хорошо втроем! Как давно это было!
Защемило сердце.
— Гранд! — не удержавшись, тихонько позвала она. — Гранд!
Собака никак не отреагировала. Хозяин, оторвавшись от чтения, посмотрел по сторонам, перевел взгляд на даму напротив: кажется, это она что-то произнесла.
— Вы что-то спросили? — приподнял он очки.
— Извините! — смутилась Нина Георгиевна.
— Ваша овчарка очень похожу на нашу прежнюю собаку. Как ее зовут?
— Кайна.
Красотка в дорогом ошейнике тут же повернула морду к хозяину, как бы вопрошая: «Что желаешь, хозяин?»
— Наш был точно таким же невозмутимым. Немецкие овчарки порой умнее людей. Так муж говорил. У него это с войны. Он с первой женой в госпитале служил, при госпитале жила овчарка. Подобрали раненой, выходили. Была любимицей и персонала, и раненых. Когда в конце войны госпиталь попал под обстрел, овчарка в прыжке попыталась закрыть собой беременную супругу мужа.
Не успела. Так и погибли втроем: жена, неродившийся ребенок и собака…
— Надо же… — впечатленный рассказом, мужчина погладил по голове питомца. — Хорошая порода. Правильная.
— После смерти супруга, а затем и Гранда я тоже умерла бы с тоски, если бы не Кельвин. На день рождения сын подарил маленького пуделя. Он уже отдельно жил, и мне одной сложно было бы с овчаркой. И, знаете, этот пес в прямом смысле вернул меня к жизни! Я даже заново улыбаться научилась! — будто в доказательство, женщина послала хозяину овчарки улыбку и спросила: — Можно ее погладить?
— Конечно! Присаживайтесь, — показал мужчина на свободное место рядом.
— Как вас зовут?
— Нина Георгиевна.
— А меня Александр Ильич. Очень приятно! Кайна, это Нина Георгиевна, — представил собаке новую знакомую. — Свои. Прошу любить и жаловать… Теперь можно погладить.
Пересев, женщина осторожно протянула руку, аккуратно провела ладошкой по шерсти на загривке.
Овчарка снисходительно отвернула голову, всем своим видом показывая: «Ну, раз хозяин позволил — так и быть».
— Сколько ей лет?
— Десять. Я ее тоже после смерти жены завел. Позвонил бывший сослуживец, предложил молодую овчарку из МВДшного питомника. У них финансирование урезали, часть молодняка оказалась лишней. Чтобы не усыплять, раздавали в хорошие руки. Вот и я решился. Так что она как член семьи.
