Уедет Катька, выйдет замуж за Генриха — до конца жизни все будут мучиться!»
— Это ты о чем? — Катя даже потрясла головой, переваривая монолог друга.
— Не о чем, а о ком. Сама догадайся… Ладно, это я так, на эмоциях. Извини! — испугавшись собственной категоричности, отступил он. Углубляться в тему было чревато: кто ее знает, как отреагирует Катя. А ссориться с ней не хотелось, все-таки лучший друг. — Давай лучше о книге поговорим. Знаешь, а ведь я могу понять этих издателей: вдруг автор действительно плагиат принес? Им же потом отвечать.
Они же не знают, что ты правильная до мозга костей. К тому журналистка с именем…
— Проскурина была журналисткой с именем, Веня. На сегодняшний день я — никто: о Евсеевой никто понятия не имеет.
— Катя, дело же не в фамилии: не всякой медийной персоне дано написать хорошую книгу. Соглашусь, что на начальном этапе фамилия вызывает интерес, помогает продажам. И первые читатели могут легко купиться на имя. Но дальше… Самая честная, продуктивная и долговечная реклама была и есть сарафанное радио: ее не купишь, у нее свои законы.
Так что каждый должен заниматься своим делом. Любимым. А ты, считай, всю жизнь пишешь.
— Пишу. Как и миллионы других. Но это не значит, что у меня получилась интересная книга. И любимое дело у меня сейчас одно — быть мамой, — грустно улыбнулась она. — Вот вылечу Марту — еще рожу.
— Не вопрос, — пожал плечами Веня. — Захочешь — родишь.
— В том-то и дело, что вопрос. Детей в любви надо рожать. Или очень хотеть детей.
Тогда любые беды по плечу… — Катя умолкла.
«Вот именно! Какая-то логика женская в ее словах есть, — задумался Веня. — Светлана меня не любила, выбрала как подходящий генетический материал, но в Сеньке души не чает. Карине ни я, ни Артур не были нужны, никого из нас она не любила и не любит. Из всех троих только Галка похожа на Катю… Повинись я тогда перед ней, усмири она свою гордыню — смотришь, и своих Сеню с Артуром еще родили бы… Сегодня же поеду к Ладышеву!» — решил он.
Так, каждый в своих мыслях, и доехали до главного входа в парк Горького.
— Спасибо, что подвез. — На парковке Катя отстегнула ремень, коснулась в знак благодарности Вениной руки. — А знаешь… Так и быть: запиши меня на ближайшие дни к своему диетологу. Попытка не пытка, вдруг и вправду что-то новое скажет.
— Еще как скажет! Я договорюсь!"
"«Кажется, я знаю, кому она хочется понравиться, — порадовался он в душе. — Один командный пункт мне пошатнуть удалось.
