Не знаю, что решит для себя Мейсон, но я уж точно не планировала потратить всю свою жизнь, следуя отцовским желаниям.
– Твой стакан пуст, давай я добавлю сока, – сказал Мейсон, сидящий по правую сторону от меня. Я кивнула, и через секунду мой стакан был наполнен новой порцией вишневого сока.
Взгляд невольно упал на человека, который по совершенно несчастливой для меня случайности занял место напротив. Сильные руки опирались локтями на стол, пока Джефри слушал тот бред, который моя мачеха шептала ему на ухо.
Пейсли, должно быть, забыла, что состоит в отношениях с моим отцом, иначе почему она вывалила свою грудь прямо перед Джефри? Между ними было пять или шесть лет разницы, что в целом совсем не проблема для обоих. Если Джефри пожелает, то запросто переспит с ней.
Возможно, это решило бы мою проблему, ведь тогда отец точно выгонит Пейсли из нашего дома, но даже мысль о том, что ее руки будут касаться краешка его тела, вызывала во мне глухое чувство отвращениях и ревности. Я не могла представить, что его губы будут целовать Пейсли, да любую другую девушку.
Черт!
Я не могу ежеминутно думать о его губах. Но к моему собственному стыду ни о чем другом я не могла больше думать. Все казалось таким несущественным, что становилось даже страшно. Это было подобно одержимости, как в католических фильмах об изгнании демонов из одержимых девушек. Джефри был демоном, и я была им одержима. Одержима его запахом, его вкусом, одним его взглядом. Когда он касался меня, я забывала обо всем.
Все, что я испытывала до этого, и рядом не стояло с теми чувствами, которые накрывали меня рядом с ним.
Эффект Фостера поглотил меня как любую глупышку, оказавшуюся в зоне его влияния.
Прямоугольный вытянутый стол был моей персональной головной болью, пару раз наши с Фостером ноги столкнулись под столом. Что было весьма странно, ведь свои я старалась держать как можно ближе к моему стулу, тогда как Фостер, игнорируя все нормы приличия, развалился на своем стуле, как на кресле перед телевизором.
– Странно, что вы не добыли ни одного оленя. – В тоне Мейсона отчетливо слышались нотки насмешки и превосходства, будто тот факт, что его старший брат был в группе, которая не смогла преуспеть в охоте, радовал его. – Чем же вы занимались все время?
Моя вилка громко ударилась о тарелку, когда я накалывала кусочек помидора.
– Программа была весьма насыщенная, – глядя на меня исподлобья и усмехаясь уголком губ, ответил Джефри.
