Все, что он делает, – ест и спит. Конечно, тело нуждалось в отдыхе, но Макс слишком много готовит. Впрочем, и ей делать почти нечего, разве что стряпать и приставать к нему, требуя, чтобы ел и спал побольше. У нее поразительное умение донимать, трещать без умолку… и соблазнять его, даже не прилагая усилий. Она вообще хороша во многом."
"Как давно никто о нем не заботился! Возможно, он привык к такой жизни… жизни с Макс. Жизни сладкой, полной сюрпризов и сильной страсти, без единого момента скуки. Быть рядом с ней, в постели или нет – все равно что удерживать в руках лесной пожар… или пытаться удержать.
Они будут жить не в лесной глуши, а в городском доме. В любом городе.
На ум пришел Нэшарт. Сколько же неприятностей он принесет городу, если примет предложение шерифа Росса и осядет там?
Наступил рассвет, и Диган, лежа в постели, наблюдал, как белый свет медленно заливает лачугу. Царила странная тишина, никаких звуков, кроме щебета ранних пташек. Значит, Макс все еще спит. Обычно она первым делом разводила огонь, чтобы выгнать из лачуги утреннюю прохладу.
Как только он поднялся, сразу понял, что Макс здесь нет. Выйдя из дома, он обнаружил, что ее лошади тоже нет, потому медленно зашагал к пруду. Вряд ли она поехала охотиться так рано. Кроме того, она ездила вчера и привезла много дичи. Сказала даже, что заметила одинокого бизона, которого, к его облегчению, оставила в покое. Поэтому день-другой она бы не охотилась, а он надеялся, что они не пробудут здесь так долго. Теперь он наверняка может держаться в седле, почти не испытывая боли.
По крайней мере, не свалится с лошади.
Для нее рано и купаться, но где еще она может быть?
По пути к пруду он окликивал ее. Ответом было молчание. Но не уедет же она сейчас, когда он поправился! Нет, эта мысль даже не должна в голову ему приходить! Женщина не станет так помогать, чтобы потом бросить, когда настанет его черед помочь ей.
Как только он добрался до пруда, сразу заметил много следов на земле. Они были оставлены явно не Макс: отпечатки были от сапог гораздо большего размера, чем она носила.
Их оставили двое или, может, больше мужчин – слишком много следов, чтобы сказать точно. Более того, одну из лошадей – скорее всего, Ноубла, увели на юг через лес. Земля уже успела высохнуть, так что следы были оставлены давно.
При виде следов Диган испытал совершенно чуждые для него чувства, напоминавшие панику и страх. Но они не помогут ему вернуть Макс, поэтому он отбросил все эмоции и вернулся в лачугу.
