Олег обошел Мрака со всех сторон, сказал уважительно:"
"– Кто-то ссадил с коня не просто всадника! Как только бросили такое сокровище?
– Завалило обломками. Тетива сгорела. Вы мне зубы не заговаривайте! Становитесь, буду учить стрелять.
Он кивнул на два десятка стрел, аккуратно разложенных рядком. У всех блестели остро заточенные наконечники. Мрак хмуро улыбался, но лицо его осунулось, глаза ввалились. Таргитай вдруг даже качнулся от чувства глубокой вины: оборотень держится из последних сил, не дает волку в себе взять верх, старается довести его с Олегом до людей, успеть пристроить!
Олег ринулся к двери, кое-как выдернул стрелы.
Непривычно тяжелые наконечники оттягивали ладони. Он потрогал один пальцем, там сразу выступила алая кровь: Мрак заточил края, как иглы.
– Я первый! – сказал Таргитай.
Мрак поднял брови, потрогал Таргитаю лоб. Таргитай смотрел чистыми честными глазами. Удивляясь неожиданной прыти лодыря, Мрак сунул Таргитаю лук, поставил ему ноги на ширину плеч, выпятил левую руку, в правую дал стрелу.
– Вон та дверь, видишь? Попади в среднюю доску.
Таргитай с трудом натянул тугую тетиву, выпустил стрелу. Спружинив, тетива больно щелкнула по пальцам. Таргитай ойкнул, выронил лук. Мрак выругался, Олег со всех ног бросился отыскивать стрелу, что улетела мимо двери.
– Больно! – выговорил Таргитай с трудом. Он подул на покрасневший палец, потряс кистью. – Громобой учил надевать кожаные рукавички…
– Перебьешься, – заверил Мрак грозно. – Рукавички ему! А стрелять с печи? Не отрывая задницы от теплых кирпичей?
Олег носился на четвереньках среди горелых обломков, вокруг вздымались черные вихри.
Наконец он подхватился с радостным воплем:
– Нашел! Ха-ха, на три шага мимо!.. Дай мне, я попаду в самую середку!
– Еще чего, – возмутился Таргитай. – Теперь я знаю поправку, а ты нет!
Когда солнце стояло в зените, Мрак сказал, сжалившись:
– Ладно, на сегодня хватит. По крайней мере, в дверь попадете… Если встретите зайца такого размера – не промахнетесь. Сходим, проверим в деле.
Изгои были мокрые, покрытые черной копотью. С них лило в три ручья, двигались на полусогнутых. Таргитай мечтал уже упасть и спокойно умереть, только бы не мучиться, как в дыму услышал тоскливый вопль Олега:
– На охоту? По такой жаре?!
– В самый раз, – ответил Мрак хладнокровно. – Мужчины вы аль нет? Бабы сидят голодные.
Он молча зачислил и Степана к бабам, тот вряд ли понимал охоту, а по Мраку, всякий, кто не умеет бить зверя, – женщина или малое дитя.
