Олег начал перетаскивать хворост к костру, но напомнил себе, что надо разузнать, что неверно в краеугольной заповеди невров.
Пещеру начал наполнять вкусный запах. Мрак приглашающе указал Горыне на подрумяненные туши:
– Хозяин, готово!
Голос был сиплым, негромким, но Горыня кивнул, сам приглашающе повел огромной рукой:
– Садитесь ближе. Яствуйте хорошо, что-то мелковаты больно… Авось подрастете, ха-ха!
Факел потрескивал, в залитой красным светом пещере бродили огромные жуткие тени, странно и причудливо ломались, переходя с пола на стены.
Камень блистал голубыми жилками, синими и желтыми змейками. Воздух был сухой, быстро впитывал запах жареного мяса."
"Горыня взял тушу двумя руками, грыз неторопливо, держал как молодого рябчика. Кости трещали, Горыня жевал козла целиком, череп звонко лопнул под огромными, как валуны, зубами.
– Набивайте пуза, – угрюмо посоветовал Мрак. – Надо двигать отсюда. Если велет выпустит, не сожрет.
– Не должен бы, – проговорил Олег неуверенно. Он перестал есть, побледнел.
Горыня с хрустом жевал третьего барана.
– Почему?
– Мы не враги… Не опасные по крайней мере. И говорит так книжно, умно.
– А умники воздухом питаются? Боромир молодого кабанчика за один присест ухомякивал. А мы – дичь редкая в этих горах.
– Молчи, – прошептал Олег настойчиво. – Не подсказывай! Сам авось не додумается.
Горыня даже наклонился, наблюдал, как маленькие человечки ели, пили, мыли в холодной воде его подземной речки жирные руки. Серьга в его ухе поблескивала зелеными искрами, в странных слюдяных глазах велета отражалось багровое пламя.
– Святогор не может, – проговорил он грохочуще, – а я – не хочу. Мне с Гор много видно, сверху все одинаковые… Меня степняки не обидели, верно?
– Нас тоже, – ответил Таргитай, потому что Мрак не нашелся что ответить да и сорвал голос, а Олег осторожничал, боялся рассердить велета. – Мы за Правду! Они наш народ обидели.
– Невров? – удивился Горыня.
– Поляне – потомки невров! Кочевники сгоняют их, жгут, уничтожают… Разве Правда не на нашей стороне?
– На вашей, – прогрохотало у него над головой.
– На вашей… Хотя на их стороне – тоже. Мелковатых правд много… а большую раздробили, чтобы удобнее было пользоваться. Я родня вам, это правда, но родня и киммерам. Что хлебала растопырили?.. Когда-то мы жили одним великим племенем. Люди племени ариев были покрупнее вас, нынешних, а я был подурнее и мельче. Ведь мы, велеты, растем всю жизнь.
