Мы пришли днем. Великий каган знает!
Алазон смерил его подозрительным взглядом:
– Великий каган?
– Просто каган, – поправился Мрак.
Алазон некоторое время буравил его острыми глазами. Буркнул:
– Оставайтесь здесь. Я пойду узнаю, о чем вы говорите.
Он вышел, слышно было, как отдавал приказы стеречь шатер с двумя неизвестными. Мрак зло смотрел на волхва:
– Что-нибудь понимаешь?
– Я ж не Таргитай, – огрызнулся Олег. – Это он все знает. Вообще, чем человек дурнее, тем легче берется решать и судить. Мне страшно, Мрак.
Мне с самого начала страшно!
– Это с рождения?
– Мрак, я не знаю, почему так ошибся. Я не должен был попасть к каким-то алазонам!..
– Может, из-за глаза? У этих тоже один на лбу.
– Но еще два на прежних местах. И почему он так странно одет?
– Я заметил, – пробормотал Мрак задумчиво. – Я еще кое-что заметил…
К верховному радже, так им сказали, их пригласили уже к вечеру. До этого Мрак и Олег терялись в догадках о причине суматохи, охватившей все племя.
Мрак присвистнул, а Олег едва не попятился обратно в шатер.
Все преобразилось, шатры исчезли, вместо них мужчины спешно возводили срубы деревянных изб. Работали неистово, обливались потом, но уже три добротных дома высились на вершине холма, а еще десяток являли небу голые свежеошкуренные стропила, отчего крыши походили на скелеты давно издохших драконов.
Обычно полуголые алазоны сегодня были в коротких цветных халатах. Головы все как один повязали тряпками. Мраку показалось, что ежели хоть один сдвинет или потеряет тряпку, его тут же забьют камнями.
Стражи с мечами наголо провели невров к дому на вершине холма. Теперь уже оба начали тревожиться за Таргитая. От стражей с мечами, как и от стражей на входе, веяло угрюмой подозрительностью."
"Гридни провели через просторные сени в горницу. У Олега чуть отлегло от сердца, а подозрительный Мрак, напротив, ругнулся сквозь зубы. Вождь был все тот же старый алазон, угрюмый и свирепый, Олег уже опасался, что его сместили соперники.
Мрак же сразу заметил, что вождь сменил львиную шкуру на халат из роскошного шелка.
На ногах были сандалии тонкой работы, а за спиной вождя стоял мальчишка и плавно помахивал опахалом.
Олег поклонился:
– О достойный каган! Я придумал, как нам успеть на битву раньше, чем камень, брошенный рукой этого отрока, упадет на землю.
На него смотрели хмурые непонимающие глаза. Верхний глаз приоткрылся, взглянул на невров с отвращением, натянул на себя веко, как Таргитай шкуру.
