Олег задергался, пугаясь даже вида огромных зверей. Кони смахивают на лосей, а лосей в пору гона даже беры боятся, уходят с дороги. Лоси весной носились по Лесу, страшно ревели, осатанело бросались на все живое. Все бежало перед ними, по всему Лесу шел стук рогов, рев, когда лесные гиганты сшибались в поединках. Боромир говорил, что в старину главную звезду как раз весной назвали Лосиной, а потом так же назвали целый рой звезд.
Мрак зло гаркнул ему в спину:
– Степняки ж не боятся!.. А ты покрепче любого из них, хоть и неудаха!
Конь сжевал траву Таргитая, обнюхал чужака, и Таргитай без помех взобрался, поерзал на попоне, устраиваясь, решился оторвать руки от конской спины.
Он даже решился повернуть голову, с напряженной улыбкой подмигнул Олегу.
Олег долго обхаживал своего коня, даже заглядывал в книгу, искал совета. В первой части было, как управлять колесницей, метать на ходу какую-то чакру, а вторую часть, где предки уже научились ездить верхом, Олег еще не прочел. Пришлось подвести коня к печи, залез оттуда.
Мраку остался огромный жеребец, гордый и норовистый. Изгои к нему и близко подходить боялись. Жеребец характер не выказывал, только задрожал, когда Мрак приблизился вплотную. Мрак положил руку ему на спину, а жеребец, зачуяв страшного волка, завизжал в диком страхе, ринулся через пожарище. Мрак не выпустил повода, его потащило, сметая обгорелые бревна, головни. За ними взвился черный столб гари и пепла.
Таргитай тихонько стукнул свою лошадь пятками в бока. Конь послушно сделал пару шагов, остановился.
Таргитай кряхтел, не зная, что делать дальше. Конь повернул голову, посмотрел на седока удивленно и с презрением.
– Сам дурак, – сказал Таргитай сердито. – Но ты родом из Степи, а я – лесняк. Давай как-то вместе, а то от Мрака достанется обоим…
От околицы раздался грохот. Жеребец несся, как обезумевший лось. Глаза налились кровью, из разодранного удилами рта падали густые клочья пены. Мрак сидел уже верхом – еще чернее, чем всегда: собрал всю гарь и золу, но белые зубы как молнии сверкали на закопченном лице.
– Готовы? – крикнул он громким голосом. – Уходим!.. Наше счастье, что степняки далеко. Не ровен час, раненый доберется до своих!
Он развернул коня. Жеребец дрожал, пугливо прядал ушами, раскаты могучего голоса гремели над его головой, как гром. Мрак высился на коне, похожий на старый дуб, выросший на просторе.
Таргитай пустил коня по кругу, осматриваясь, мысленно прощаясь с Зариной, добрыми полянами, что несколько дней были его семьей.
