Глаза Первочеловека отыскали на вершине холма пятерых крохотных людей. Странный рот, похожий на ущелье, раздвинулся в жутком оскале еще шире. Глаза вспыхнули жутким огнем, словно подземное пламя вырвалось на волю.
– Ну, эту гору не своротить даже богам, – крикнул Мрак.
Он поднял секиру, пошатнулся, но лишь расставил пошире ноги. Земля тряслась и стонала, треск заглушал слова.
– По крайней мере, – выговорил Олег с трудом, – мы остались… Все бежали…
– Отступили, – поправил Таргитай. Он опирался на Меч, ноги дрожали от слабости, а дыхание все еще грозило разорвать грудь.
– Но мы не отступили.
– Нам вообще цена выше."
"На грохочущем коне подскакал огромный всадник. Лик его был страшен, но круглые, как у совы, хищные глаза смеялись. В могучей руке вздымал длинный, залитый по рукоять кровью меч, за спиной виднелся круглый щит. Золотые волосы трепало ветром. Глаза были темно-синие, как небо перед закатом.
– Если с нами Правда, – гаркнул он сильным мужественным голосом, – так кто же против нас?
Конь мчался все быстрее, под копытами проскакивали искры, потом слились в полыхающее пламя.
Земля горела, он скакал по колено в пламени, за ним оставался огненный след.
Таргитай вскрикнул:
– Олег, кто это?
– Спроси что-нибудь полегче.
– А еще волхв…
Конь на полном скаку перепрыгивал трещины, расщелины, ущелья. Под ним подрагивали, даже пробовали погружаться в горящую лаву плиты земли, похожие на грязные льдины, но конь и всадник неслись столь стремительно, что едва касались их копытами.
Всадник заставил коня сделать небольшой круг вокруг Пуруши, остановился в сотне шагов. В руке всадника грозно блистал длинный меч.
– Эй! – донесся до невров могучий клич. – Порушить легко, но пробовал ли ты строить?
Пуруша шагнул еще дважды, сократив расстояние до всадника наполовину. Глаза вспыхнули, как озера горящей темной крови земли. Руки медленно потянулись к отважному всаднику.
Сердца невров сжались: всадник был слишком мал в сравнении с Первочеловеком.
Таргитай не выдержал:
– Отступи!
Всадник захохотал страшно. Меч блеснул, Пуруша вскрикнул так, что земля закачалась, а невры попадали и закрыли руками уши. Великан ревел и тряс окровавленной ладонью. На землю перед всадником рухнуло залитое кровью бревно, Мрак потрясенно рассматривал отрубленный палец.
– Уходи! – закричал Таргитай снова. – Уходи!
Пуруша замахнулся, с ревом ударил ладонью по земле. Всадник, умело орудуя поводьями, заставил коня попятиться.
