С трудом мелкими глотками вдыхаю через рот, воздуха катастрофически не хватает. Что же он делает?..
— Я надеюсь, — шеф поглаживает мне пальцы, не отпуская кисть, — что после моего возвращения мы продолжим наш разговор, — ещё один поцелуй.
— Х-хорошо, Илья Сергеевич, — получается не слишком внятно из-за стиснутых зубов. — Мне, наверное, надо идти.
— Мгм? — его губы поглаживают запястье, и я изо всех сил сжимаю ноги, потому что… потому что!
Никогда ещё я не заводилась вот так, с пол-оборота!
— Я же… опоздаю…
О, господи, вот этот хриплый кошмар — мой голос?
Глава 24
Марина
— Илья… Сергеевич? — шепчу, потому что ещё немного — и я не знаю, что я сделаю!
— Конечно, идите, — мою руку наконец отпускают, но запястье продолжает гореть, и я невольно сжимаю пальцы в кулак.
— До свидания.
— До встречи, Мари, — он опять улыбается.
Так жарко, что удивляюсь, как у нас тут окна не запотели. С трудом выкарабкиваюсь из машины и на подгибающихся ногах ползу в здание. Не успеваю подняться в кабинет, как звонит мобильный.
Шеф!
— Да, Илья Сергеевич? — прокашливаюсь, чтобы убрать хрипотцу.
— Мари, мы отвлеклись, и я забыл вам сказать, — я даже по голосу слышу, как мужчина улыбается, и прислоняюсь к стене, потому что коленки трясутся. — Одной из ваших обязанностей будет выгуливать Грэя. Вы с ним подружились, он без вас скучает. На вас — утро и вечер после работы, днём его Катерина будет выводить. Если что, она подстрахует, я скину вам её номер. Надеюсь, вы мне с этим поможете?
— Конечно, я с радостью, — мне становится чуть полегче, и я улыбаюсь.
— Ну и отлично, — начальник молчит пару секунд и добавляет: — Скоро увидимся, Мари.
— Д-да, — его слова звучат ну таким обещанием, что у меня окончательно пересыхает в горле.
Шеф отключается, а я иду в кабинет и залпом выпиваю стакан холодной воды. Ещё бы парочку на голову вылить…
Сосредоточиться на работе у меня не получается от слова совсем. Всё утро в голове вертятся картинки сегодняшнего диалога и… поцелуев, так что мне то и дело приходится унимать трясущиеся руки.
Когда в приёмную заглядывает Маруся, я уже в отчаянии думаю, что, может, и правда пойти голову под холодную воду подставить. Останавливает только боязнь простудиться.
— Ну что тут у тебя? — подруга, улыбаясь, усаживается в кресло для посетителей.
— Ох, Марусь, — я бросаю пытаться делать вид, что работаю, и запускаю пальцы в волосы, нещадно растрёпывая кудри.
