Но всё же, что случилось?
— Случилось, Алин, что я, похоже, круглая идиотка, — произношу тоскливо.
— Это давно не новость, — наглая девчонка отмахивается, а я хмыкаю и, отлипнув от стены, иду на кухню. — А поподробнее?
— Мне кажется, я влюбилась.
— Да, это действительно вершина идиотизма, — нарочито понимающе соглашается Алина. — В шефа?
— Догадливая.
— Ну а то ж, есть в кого, — сестра присаживается напротив меня за столом. — Мари, ты и правда чокнулась. Как говорится, никогда такого не было — и вот опять! Только-только вылезла из ситуации с этим твоим козлом… — Алина в курсе того, что произошло между мной и Михаилом, но он ей в принципе никогда не нравился, и теперь я готова признать, что вполне справедливо.
— Я его встретила сегодня.
— Кого? — сестра смотрит, нахмурив брови.
— Козла. То есть, Мишу, — утыкаюсь лбом в сложенные ладони.
— Где?
— Муромцев с ним на переговоры ездил.
— Надеюсь, твой шеф не настолько кретин, чтобы сотрудничать с этой мразью? — Алинка кривит губы в отвращении.
— Что за выражения? — вздыхаю. — Нет. Я ему всё рассказала.
— В смысле всё? Совсем всё? — у нас сегодня день круглых глаз.
— Да нет, конечно! В общих чертах, без подробностей, — поднимаю взгляд на сестру. — И про меня он не знает, хоть и думает, что я ему вру.
— Ничего не понимаю, — Алинка мотает головой.
Опять вздыхаю и пересказываю ей наш разговор в машине.
Сестра задумывается, а потом выдаёт:
— Не такая уж ты и идиотка.
— Ну спасибо! — мой голос сочится сарказмом. — Вот это комплимент! Прям выше меня никто ещё не оценивал!
— Да я не о том, — Алина машет рукой. — Ты же ему нравишься! То есть ваши чувства взаимны.
— Ох, Алин, что-то не верится, — качаю головой. — Как по мне, он просто меня в постель затащить хочет. Ну, знаешь, вызов его мужественности, запретный плод сладок и всё такое.
— Так, комплимент беру обратно, — сестра закатывает глаза и поднимается. — Охота из себя дурочку строить — пожалуйста. И вообще, у вас там страсти, а у меня завтра контрольная по алгебре, так что пошла я спать!
— Спокойной ночи, — говорю рассеянно, а сама остаюсь сидеть на кухне, пить чай и думать.
Итогом ночных размышлений становится революционная мысль, что вообще-то, от постели я бы и сама не отказалась.
