Это ведь на мне и Льюисе вина, что дороги наши разбойники заполонили. Что телеги с бешеными едут не пойми куда...
— Выживешь, — прорычал я. — Обещаю.
Он скупо улыбнулся и, развернувшись, направился к дому. Я за ним с Касси на руках...
... Комната располагалась на втором этаже, в самом конце коридора.
— Глава сказал передать вам, что мы здесь дня на два. Если тебе это не подходит, волк, то поговори с ним, — мальчишка открыл дверь и, погладив, отпустил Рыжика. А после пристроил нашу сумку у стены.
— Мне подходит, — кивнув ему, я занес Касси и бережно уложил ее на постель.
Аккуратно, чтобы не растревожить сильнее, снял с нее сапоги.
— Она правда орина? — паренек выглянул из-за моего плеча. — Красивая очень. И нежная. У нас в поселении таких девочек нет. Такую я бы и сам на руки поднял.
— Вырасти сначала, пострел, — тихо рассмеялся я. — А потом я прокачу тебя по нашим селениям и помогу найти такую девочку, что все обзавидуются.
Он просиял, демонстрируя мне щербинку между зубов.
— Тогда я Яша, волк, — он важно кивнул.
— Ну тогда я Руни, а не волк, — ответил ему в его же манере.
— А я знаю, слышал. Но я побегу, а то наши все съедят. Они в таверне уже. Меня к тебе как самого младшего направили.
— Беги, — я кивнул уже пустому дверному проему. — Какой шустрый.Вернувшись, закрыл дверь и зыркнул на Рыжика, обхаживающего сумку. Чуял пройдоха, что там осталось съестное.
— Я тебе, морда твоя, наглая, свежего принесу, так что найди место теплее и свернись там клубком.
Кот, услышав голос, уставился на меня, не мигая.
— Уйди от сумки, — шикнул я на него, и только хвост метнулся.
Опять подойдя к постели, расстелил ее с противоположной от Касси стороны и усмехнулся.
— Алиф, ну удружил.
Только сейчас до меня дошло, что эта комната для семейной пары. Одна большая кровать, стол, сундук у стены. Все просто, без изысков.
Оценив ситуацию, лишь пожал плечами и вернулся к Касси. Попытался осторожно ее раздеть хотя бы до рубашки, но она запротестовала, открыв глаза.
— Что ты делаешь? — ее хриплый от сна голос показался мне таким.
.. пробирающим до тесноты в штанах.
Выдохнув, улыбнулся.
— Раздеваю самую красивую женщину, а ты что подумала?
Она моргнула, затем зевнула и повернулась на бок.
Тихо засмеявшись, я сел рядом с постелью и, склонившись, шепнул ей на ушко:
— Лежишь вся такая красивая, а если и правда раздену и поцелую?
— Не угрожай, — шепнула она сонно. — Ну если что — женишься.
Она попыталась обнять подушку, но куртка мешала.
