Она явно не ждала гостей, поэтому и без моих капризов старалась быстрее собрать нам на стол.Там же на кухне у печи остался нализывать мокрую шерсть Руньярдик.
А меня отправили в дальнюю спальню, чтобы снять с себя лишнюю одежду, но вместо этого я так и стояла в куртке и смотрела на освещенный уличными фонарями внутренний двор.
А там...
Я взволнованно вздохнула. Нет, ну кто бы меня осудил?
От резкого удара топора вздрогнула.
Да, там был Руни. Скинув с себя куртку и рубаху, он принялся рубить дрова для бани.
Я же разглядывала его голый торс и ощущала, как порхают в животе не совсем уместные бабочки.
Страх улегся. За день я немного пришла в себя и, кажется, только теперь по-настоящему оценила мужчину, который спас меня. И там действительно было на что смотреть.
Облизнув нижнюю губу, даже как-то расстроенно выдохнула.
— Ну да, хорош! — раздалось тихо за моей спиной. — Даже я засмотрелась. А чего плечи-то поникли? Что тебе стоит его завоевать?
Моргнув, я обернулась. В дверном проеме стояла хозяйка дома и как-то загадочно улыбалась.
— А толку время терять? — Я поморщилась. — Он оборотень, а у них истинные пары. Крути хвостом или нет, а все одно свое найдет и о тебе забудет.
— Ну, не совсем ты права, — Ясира тихо вошла в комнату и остановилась за мной. Посмотрела в окно и хмыкнула. — Он не просто оборотень, а еще и очень сильный ведун. И непонятно, какой крови в нем больше. Я таких, как он, никогда прежде не видела и вряд ли второй такой сыщется.
— Да, Руни очень сильный, — поддакнула, снова залюбовавшись его развитыми мускулами.
Он замахнулся топором, а у меня сердце удар пропустило. — Но у него будет истинная.
— Хм... — Ясира выдохнула. — Он просил меня с тобой ни о чем не говорить, но разве можно запрещать что-то ведьме? Наивно полагать, что да. Так вот, девочка, мне, тебе и всему нашему великому ведьминскому роду всегда было наплевать и размазать на чужих истинных. За то нас и ненавидят. Как правило, не мужчины, а женщины... орины, леры, да и простые крестьянские бабы.
Я оторвала взгляд от окна и снова посмотрела на хозяйку дома.
— Это вы сейчас о чем? — Во мне проснулось свойственное мне неуправляемое любопытство. — Чем так славны ведьмы и при чем здесь я? Я родилась драконессой...
— Ой, дитя, — она тихо засмеялась, — а ведьминской крови вообще все равно, в чьем теле в венах бурлить. Тебя разве не смущает, что он волк?
— Ну... — Я глупо хлопнула ресницами. — Как бы... Не думала об этом. Но я драконесса.
