Именно за ней, по словам бесов, и находилась опочивальня князя Пожарского, который по нашим планам не далее как этой ночью должен был наконец уйти на покой.
Если кто из окружающего мира думал, что я забуду этому ублюдку его преступления — то они здорово ошибались. И даже сам император не мог помешать свершению правосудия.
Перенести нас непосредственно внутрь нужного помещения у бесов, к сожалению, не выходило — сама комната князя, по примеру внешнего контура крепости, оказалась также под защитой артефактов светлых.
Полученная из уст Кали информация об этом заставила меня невольно ухмыльнуться — надо же, а Пожарский задницу не расслаблял. И это несмотря на то, что с момента нашего последнего конфликта, а также его таинственного воскрешения, прошло уже довольно-таки немало времени. Как бы там ни было, в конечном итоге мы столкнулись с тем фактом, что внутрь помещения придётся пробираться своими силами.
Разумеется, княжеская спальня не могла оставаться без охраны, поэтому, появившись напротив дверного проёма, мы с друзьями неизбежно встретились лицом к лицу с двумя мордоворотами, облачёнными в стальные латы с гербом Пожарских на груди.
Их доспехи тускло поблёскивали в свете факелов, развешанных вдоль стен. Металлический отблеск на фоне мрака подчёркивал силуэты бойцов, что придавало им ещё более грозный вид.
Охраны в этом крыле было много, но перед нами и нашей целью стояли только эти две застывшие в неподвижности статуи. Правда, таковыми они тут же быть перестали, едва перед их лицами появилось трое незнакомцев с оружием в руках.
Взгляд одного из них метнулся ко мне, другой сразу же потянулся к эфесу своего меча.
Мгновение растянулось.
Обмен взглядами из-под бровей. Гневный оскал. Попытка рвануть вперёд, дёрнув за рукоять оружия.
Но висевшие на поясах клинки вытащить из ножен бойцы не успели. Они, в целом, ничего больше сделать не успели — материализуясь в коридоре напротив охранников, я сковал обоих телохранителей телекинезом, жёстко подавляя любые их поползновения к какому-либо сопротивлению.
Одновременно с этим появившиеся по обе стороны от меня Степан с Максимом тоже не бездействовали — хладнокровно и резко их клинки вошли в живую плоть, почти синхронно пронзая шеи противников.
Всё произошло за секунды. Без суеты. Практически без звука.
Зрачки стражников расширились, лица перекосились в предсмертном ужасе, но следом же очень быстро обмякли.
