Когда же шар скатился, стало видно, что посреди коридора на полу скрючилась еще одна ледяная фигура. Зубодериха, присев перед ней, сняла с пальца у Ягуна кольцо.
– Ты понял? Понял? Он не был зомби! – крикнула Таня.
– Да, не был! Он не зомби! – хрипло ответил Ванька.
Его взгляд напряженно шарил по стенам в поисках укрытия. Внезапно что-то обожгло Тане ладонь. Смычок в ее руке вновь пылал, но, и пылая, продолжал показывать на колодец. Таня вскрикнула. Значит, она не ошиблась! Это Зубодериха пыталась убить ее на крыше!
Великая Зуби что-то негромко приказала.
Магический шар раздулся еще сильнее и вдруг лопнул, распавшись на сотни крошечных огоньков. Огни потекли по стенам и потолку, окружая Таню и Ваньку.
Поняв, что движениями шара управляет Зубодериха, Таня вскинула руку с перстнем и произнесла усыпляющее заклинание:
– Пундус храпундус!
Зеленая искра стремительно помчалась к Зубодерихе, но та успела запахнуться в оранжевый плащ. Скользнув по плащу, искра угодила в Катю Лоткову. Лоткова зевнула и, сонно причмокивая губами, сползла вдоль стены.
Зубодериха озабоченно склонилась над ней. Преподавательница выглядела изумленной, даже, пожалуй, ошеломленной – но вот только чем? Не простеньким же усыпляющим заклинанием, действия которого хватало едва ли на несколько часов?
Разбираться времени не было. Пылающий смычок все настойчивее показывал на колодец.
– Скорее, нам туда! – крикнула Таня.
Огненный кокон, смыкавшийся вокруг них, становился все теснее. Он почти уже охватил рыбу, когда ребята – вначале Ванька, а за ним и Таня – спрыгнули в колодец.
Они не видели, как каменная рыба со скрежетом вернулась на прежнее место, надежно отрезав их от Зубодерихи и ее замораживающего шара.
Оказавшись в колодце, Таня почувствовала, как ее закружил колкий вихрь. Она пыталась отталкиваться руками и плыть, но это было невозможно. Течение волокло ее то вниз, то резко в сторону, то почему-то вверх, где плясали и прыгали серебристые, как рыбки, пузырьки. В сознании все перемешивалось, мелькали чьи-то глумливые лица.
Тане казалось, что ее несет по узкому, то и дело разделяющемуся каналу, непредсказуемо петлявшему где-то внутри толстых стен Тибидохса. Даже при мгновенном перевертоне ей не приходилось испытывать ничего подобного.
Воздух в легких заканчивался. Чтобы не паниковать, Таня попыталась считать, но сбилась уже после «восемь». Она уже почти потеряла сознание, когда внезапно ее резко вытолкнуло наверх. Кашляя, девочка выбралась животом на холодную каменную плиту.
