– Случайно получилось, что ты нарушила все существующие правила Тибидохса? Да одной десятой части твоих проступков хватило бы, чтобы Поклеп подверг тебя полному зомбированию, – отчеканила Медузия."
"Ее строгий греческий профиль стал еще отчетливее, а волосы зашипели.
– Ты пробралась в драконий ангар, бродила ночью по Главной Лестнице, шпионила за учителями! Твой отец сто раз покраснел бы за такую дочь, хотя и сам, поверь мне, не был паинькой. Когда его только доставили в Тибидохс, а было ему лет двенадцать, он изготовил динамит и попытался взорвать золотую рыбку.
– Зачем? – поразилась Таня.
Доцент Горгонова улыбнулась:
– Ему, видите ли, захотелось выяснить, каким образом она исполняет желания и чем ее анатомия отличается от анатомии обычных рыб. Якобы для того, чтобы сделать всех без исключения рыб волшебными… Если золотая рыбка не всплыла брюхом кверху, то лишь потому, что ни одно оружие лопухоидов здесь не срабатывает. «Ты бы хоть на удочку ее ловил! Зачем же сразу взрывчаткой?» – говорил ему потом Сарданапал.
«На удочку она не клевала!» – отвечал твой отец.
Таня засмеялась. Медузия, заметив это, удрученно покачала головой:
– Ну вот, и ты точно такая! Поклеп потом постоянно требовал, чтобы твоего отца перевели на черное отделение, но мы с академиком за него заступались. Мы же видели, что Леопольдом движет не злоба и не корысть. Он был скорее ученый… Ладно, о твоем отце и о твоем отвратительном поведении мы поговорим после… Ты видела на шипе какое-нибудь изображение?
– Да, там был знак призывного заклятия.
Кто-то вызывал умерших. А может, жутких духов, – кивнула Таня.
Медузия поморщилась:
– Какая мерзость! Но откуда ты знаешь про призывное заклятие? Небось спросила у джинна Абдуллы?
В который уж раз Таня подумала, что обмануть доцента Горгонову или утаить что-нибудь от нее невозможно.
– Так от Абдуллы? – повторила Медузия.
– Ага.
– Очень мило. Я всегда говорила Сарданапалу, что глупо держать в библиотеке этого спятившего старикашку, сочувствующего черным магам.
Ведь Абдулла еще и поэт, ты знаешь? В молодости он написал десять томов рифмованных проклятий убийственной силы. Древниру пришлось взять с него клятву, что он не будет их использовать. Но, к сожалению, клятва касалась только старых проклятий, а он чуть ли не каждый день пишет новые… Где ты прячешь шип?
– В комнате под матрасом, – смутившись, ответила Таня.
Доцент Горгонова расхохоталась.
