Теперь я уже не растерянный, смущённый подросток, а тигровая акула, к которой никто не посмеет сунуться. Какое знакомое чудесное ощущение – плыть рядом с Шари! Я то и дело украдкой на неё поглядывал. Повезло, что после борьбы с барракудами на её дельфиньей коже остались только совсем маленькие точечные шрамы.
День выдался пасмурный и дождливый, и море было не таким солнечным, как я любил, но ничего. Мы нырнули к затонувшему кораблю, кое-как превратились, забрались в заполненный воздухом отсек, оделись и плюхнулись на цветные надувные подушки.
Господи! Мне так много хотелось ей сказать, но я не решался. Поэтому я предложил: «Перекусим?» – и достал с полки пакетик чипсов.
– А «Джелли Бинс» ещё остались? – спросила Шари. Да, Ной пополнил запасы, но влажность сказалась на них не лучшим образом. – Ничего, они не такие липкие, как внутренности морских огурцов, так что приятного аппетита!
– Откуда ты знаешь, какие на ощупь внутренности морских огурцов? Ты что, их ешь? – Морские огурцы напоминают облепленные песком резиновые шланги и только и делают, что валяются на дне моря.
– Нет-нет, они невкусные. Они выбрасывают кишки, когда подвергаются нападению. Потом органы восстанавливаются.
Ничего себе защитная тактика!
– Слушай, а как твои родители относятся к тому, что мы теперь вместе? – спросил я Шари. – Всё-таки я тигровая акула…
– Они немного повозмущались, но я им сказала, что это моё решение, – ответила подруга-дельфин.
– Круто, – с облегчением сказал я.
Мы ели и болтали о море, о наших учителях и обо всём, что произошло, а потом Шари вдруг с любопытством посмотрела на меня.
Ох… Этот её взгляд «я-изучаю-людей» – что-то сейчас будет?
– Скажи-ка, Тьяго… – начала она.
– Да? – О боже, на меня, как назло, напала икота!
Шари засмеялась:
– Когда ты икаешь, то немного напоминаешь морского льва, который пытается прогнать соперника со своей территории.
– Надо же. – Она наверняка знает это от Криса: других морских львов здесь не водится. Гр-р. Но как ни странно, мне помогло, что икота её забавляет.
Благодаря этому я перестал стесняться и посмеялся вместе с ней. Через пять минут после стакана лимонада икота прошла. – Так что ты хотела спросить? – напомнил я, и Шари начала:
– Я знаю, как ведут себя в море дельфины, которые друг другу нравятся. А что делают люди? Что мне теперь – посвящать тебе плохие стихи, как Барри Кармен?
От смеха я заплевал лимонадом подушки. Значит, нам придётся здесь убраться, чтобы те, кто явится сюда после нас, не прилипли.
