Остаток выходного я собирал с Рокетом в его воняющей клеем комнате космический корабль примерно из десяти миллионов деталей, пробовал с его бабушкой Салли вонючий французский сыр в магазине деликатесов и играл с Джонни в настольный теннис в саду рядом с домом Салли. Приятное разнообразие по сравнению с тем, чем я занимался в последнее время.
Однако в понедельник я столкнулся с новыми неприятностями.
Это случилось не тогда, когда мисс Уайт отправилась на утреннюю пробежку, как всегда делала до своего исчезновения, или когда Джаспер нечаянно застрял под дверцей шкафа.
И не тогда, когда родители Финни привезли её в школу. Наоборот – все трое очень радовались и обнялись на прощание. Пружинистой походкой Финни ворвалась в здание:
– Мы помирились и все классно провели выходной в море – в облике ската и китовой акулы! Мне кажется, теперь, когда все в курсе, родители ладят гораздо лучше.
– Здорово! – улыбнулся я.
– Вы славно потрудились, ребята, – похвалил нас Ник Грейсон и похлопал меня и Шари по плечу. – Кстати, мы начали патрулировать побережье дронами, чтобы сразу обнаруживать и пресекать такие бои, если где-нибудь ведётся к ним подготовка.
Мы с коллегами выступили за то, чтобы подобные издевательства над животными наказывались более суровыми штрафами. Кстати, мы предполагаем, что Биттергрин со своими людьми при поддержке Леннокс основал целую империю тотализаторов: можно делать ставки на лошадей, боксёров, автогонщиков – на что угодно. Акульи бои – лишь одно из направлений их бизнеса.
– Вот как, – сказал я.
– А что с этим мнимым разрешением, которое было у организаторов акульих боёв?
– Оно, разумеется, подделка: Лидия Леннокс сфабриковала его для себя и своих преступных сообщников, – сказал отец Финни. – С этим разрешением они могли бы исследовать акул, но занимались явно не этим. Не волнуйтесь, эта фальшивка не спасёт этих типов от наказания.
– Спасибо, мистер Грейсон, – торжественно сказала Шари, а Финни ещё раз обняла отца.
Неприятности начались, когда мы сели за стол в бело-голубую лодку.
Сначала мы услышали, как на парковке резко затормозила машина. Потом кто-то распахнул двери, не удосужившись позвонить. Это оказалась Лидия Леннокс. Она была в белом деловом костюме, бирюзовой блузке, жемчужном ожерелье и туфлях-лодочках на высоком каблуке. Скинув туфли, она так решительно прошлёпала по столовой, что поднялась волна, и швырнула на учительский стол газету.
– Кто это был?! – прогремела миссис Леннокс.
Оробела одна мисс Беннетт.
