— В этом и есть твоя вина — ты позволила им подставить себя! Сколько раз говорить: каждый третий посетитель заведения — такой же нищеброд, как и мы с тобой! Они не хотят платить за еду и развлечения! Они хотят получить все за чужой счет! За твой счет! И твоя первостепенная задача — предвидеть это! Ты должна быть предельно собрана! Предельно внимательна! А ты всю смену в облаках витаешь! Что с тобой произошло? Ты заболела? Плохо себя чувствуешь?
— Нет…
«Я просто думаю о нем! Я какого-то дьявола постоянно думаю о нем! Я не могу выбросить его из своей головы! Не могу контролировать эти чертовы мысли! Вот что я такого сделала? Чем его разозлила? Вчера он… пледом меня укрывал! А уже сегодня смотрит так, будто я — пустое место!»
Шумно выдохнув, непосредственная начальница продолжила гораздо спокойнее:"
"— Юля, я очень хорошо к тебе отношусь.
Ты — на редкость старательная девочка. Но… в данной ситуации ничего поделать я не могу. Правила едины для всех сотрудников. Без исключений! Ты должна это понимать.
Будучи не в силах поверить в случившееся, Попова уставилась в одну точку и кивнула. А после глухо пробормотала безжизненным голосом:
— Для меня это… огромная сумма.
— Не переживай! Долг будут списывать мелкими частями.
— Спасибо.
— И не расстраивайся! Все мы через это проходили!
— Не могу. Не расстраиваться.
— Как бы там ни было, штраф все же лучше, чем… увольнение.
Улыбнувшись через силу, Юля промямлила что-то в ответ.
А сама торопливо засеменила в сторону уборной.
Просто чувствовала — еще чуть-чуть, и слез точно не миновать.
Ей требовалась передышка. И пара пригоршней ледяной воды.
Оказавшись внутри, она обессиленно прижалась спиной к стене.
«Ерунда! Пф! Я переживу это! Бывало и хуже! Справлюсь!»
Внезапно распахнулась одна из кабинок. Перед ее взором предстала танцовщица Карина. Та самая Карина, которую однажды Серп уволок в «укромный уголок» в один из своих визитов в «Запретный плод».
— Привет! — прощебетала она, походкой от бедра направляясь к умывальникам.
— Привет, — нехотя буркнула Юля.
— Тяжелый денек?
— Типа того.
— Да уж! Работенка у тебя, прямо скажем — неблагодарная!
— А у тебя прямо мечта? — раздраженный выпад.
— Хм! — снисходительный смешок. — У всех у нас разные… мечты!
Нахмурившись, Попова тоже приблизилась к раковине и включила воду.
Следующие секунды, пока она мыла руки и прикладывала прохладные ладони к своим пылающим щекам, прошли в тишине. В молчании.
