Марат выразительно вскинул брови:
— И тем не менее многие вещи она приняла достаточно стойко.
— Какие, например?
Резким движением он притянул Юлю к себе.
— Потом расскажу, — пробубнил, прижимаясь губами к ее виску.
Табун мурашек расползся по коже от столь невинной ласки.
Сражаясь за чертов самоконтроль, Попова тихо обронила:
— Почему… не… сейчас?
— Потому что сейчас, пташечка, мне пора возвращаться в город!
«Ох, черт! — подумала с тоской. — Я и забыла совсем!»
— Может, задержишься на часок-другой? — предложила, буквально замирая от волнения.
— Мама свою фирменную утку запекла!
— Не думаю, что это уместно, — ответил Марат после непродолжительной паузы. — Побудь с семьей. Вам есть что обсудить.
Их диалог был прерван возвращением матери.
Громко хлопнув дверью, она воинственно уперла руки в бока и заявила:
— Дети! — судорожный вздох. — Я очень виновата перед вами! Мне стыдно за то, что… я дала себе слабину. За то, что в какой-то момент сломалась под гнетом обстоятельств и увязла в своих собственных переживаниях.
Из-за этого вы почувствовали себя уязвимыми. Взрослыми. И самостоятельными. Из-за этого решили, что все трудности должны обязательно преодолевать в одиночку. Но это не так! У вас все еще есть мать! Мать, которая убьет за вас, если придется! Да, мы лишились одного из членов семьи. Но знаете что? Баба с возу — кобыле легче! Не пропадем. Однако, с этого дня больше никакой лжи! Не нужно утаивать от меня ничего. Не нужно пытаться оградить меня от лишних переживаний. Правда! И только правда! Ясно?
Прекрасно понимая, что большая часть родительской речи адресована именно ей, Попова смиренно закивала головой.
Костя поддержал ее."
"— Вот и хорошо! — хлопнула в ладоши мама. — А теперь давайте-ка за стол, пока все окончательно не остыло. Марат, и вы присоединяйтесь. Угощу вас наливочкой собственного производства. Мягкая, как пух!
Каримов еще крепче стиснул Юлю в своих объятиях. Так плотно прижал к себе, что даже сквозь слои одежды она чувствовала жар его тела.
— Заманчивое предложение! — отозвался мужчина. — Но увы. Я за рулем.
— Очень жаль.
Вежливо кивнув, он обратился к Юле:
— Идем. Проводишь меня до машины.
Девушка грустно улыбнулась:
— Идем…
Явно почувствовав ее состояние и нежелание расставаться с ним, мама предприняла очередную попытку повлиять на решение профессора.
— Так вы оставайтесь, Марат! — с радушием гостеприимной хозяйки она обвела помещение руками. — Оставайтесь на ночь. Места у нас всем хватит.
