Но так как комната у них с Костей всегда была общей, пришлось выгнать брата в зал.
Правда, уснуть сразу не получилось. Нежась в крепких объятиях Каримова, девушка невольно прокручивала в памяти все события сегодняшнего дня.
Хорошие. Плохие. Очень плохие. И внезапно вспомнила кое-что.
Тревожное. И пугающее до чертиков.
— Марат?
— М-м-м? — сонно.
— Что будем делать?
— О чем ты?
— Я про институт. Теперь про нас все знают.
— И что с того?
— Как, что? — охнула изумленно. — Я отныне — местная знаменитость! Начнут обо мне на каждом углу шушукаться.
А ты… и у тебя тоже наверняка из-за меня будут серьезные проблемы!
Его горячее дыхание коснулось ее уха.
— Спи, — коротко.
— Но…
— Спи, и ни о чем не думай.
— Я не могу! — яростный протест.
— Да твою ж мать, Юля! — недовольно проворчал ее профессор. — Прекрати накручивать себя! Я ведь говорил уже: любой, кто косо на тебя посмотрит… будет иметь дело со мной! Не заставляй меня повторяться!
Она лишь шумно фыркнула в ответ:
— Всем рот не заткнешь!
— Да, ну? — иронично.
— Сомневаешься в моих возможностях, пташечка?
— Марат, — измученный вздох, — при чем здесь твои возможности? Ты спишь со своей студенткой! Тебя могут уволить, если слухи об этом дойдут до…"
"— До кого? До декана? Она давно в курсе ситуации! До ректора? Так у него у самого рыльце в пушку! Я уволюсь лишь в одном случае — если сам захочу. А до этого момента никто меня не тронет. Я — основной дисциплинирующий и мотивирующий фактор нашего учебного заведения. В отличие от тебя, они это понимают.
Что до моей личной жизни… их она не касается. Отношения преподавателей со студентами не поощряются, конечно. Но они и не запрещены. Мы — взрослые совершеннолетние люди, и вполне способны сами принимать решения. И мы с тобой приняли его! Не так ли?
— Угу.
— Еще момент, — Каримов выждал паузу, — у нас с твоей матерью состоялся сегодня достаточно серьезный и весьма откровенный разговор.
Он крепче сжал ее в кольце своих рук.
Мазнул губами по виску, и тихо продолжил:
— Я сказал ей, что забираю тебя.
Насовсем. Что больше ни одной ночи не намерен проводить без тебя, сопящей на соседней подушке. Или у меня под боком. Или тупо подо мной. Что ты — часть моей жизни, и находишься в зоне моей ответственности. Твои проблемы теперь — не ее забота. Что ты — моя! И переезжаешь ко мне! Без отговорок. И без промедления. Это ясно?
Будучи не в состоянии возразить хоть что-то, Юля заторможенно кивнула.
От его слов в глазах нещадно жгло. Щипало.
