В голове подавляющим набатом звучала лишь одна мысль:
«Вернулся! Господи, он вернулся! Я увижу его! Наконец-то увижу!»
Расплывшись в глупой улыбке, она вскочила на ноги и начала свои сборы.
Основательные и очень-очень быстрые. Даже завтракать не стала.
Сейчас ей просто-напросто кусок в горло не лез. А потому, умывшись и приняв душ, Попова небрежно запихнула в пакет вещи, которые ей могли понадобиться в случае ночевки у Марата. Туда же отправились тетради для сегодняшних лекций. Затем пришла очередь легкого макияжа — тени для век да тушь для ресниц.
Из нескольких своих простеньких парфюмерных ароматов она выбрала тот, который больше всего нравился Каримову.
Легкий. Цветочно-фруктовый.
Если в те дни, когда мужчина отсутствовал, Юля могла заявиться в универ с обычным пучком на голове, то сегодня она тщательно уложила свои темные волосы феном и расческой, создав небольшой естественный объем у корней. В итоге ей осталось только определиться с сегодняшним гардеробом.
— Та-а-ак! — протянула вслух, распахивая дверцы шкафа.
— Что тут у нас?
Немного поразмыслив, остановила выбор на своем любимом черном платье. Повседневное. Непритязательное. Доходящее до середины бедра.
Но вместе с тем… чертовски сексуальное. Оно сидело на ее фигуре как влитое. Потянувшись за колготками, Юля внезапно замерла.
На полке у Эльвиры лежала упаковка новеньких капроновых чулок.
Тонкие, изящные, с кружевными вставками наверху. Сложно сказать, что двигало ей в тот момент. Однако, поддавшись импульсу, Попова вцепилась в них мертвой хваткой.
Никогда в жизни чужое не брала, а тут…
Мысленно пообещав себе, что завтра обязательно купит Эле точно такие же, Юля принялась одеваться. Естественно, для такого случая и белье она выбрала самое лучшее из имеющегося в ее арсенале.
Тоже черное. Тоже кружевное.
Закончив все свои приготовления, девушка повертелась у зеркала, придирчиво разглядывая себя со всех сторон. Оставшись довольна своим внешним видом, Юля схватила пакет, сумочку и начала уже обуваться.
Именно в эту секунду ее мобильный телефон подал признаки жизни.
На экране высветился номер брата. Попова нахмурилась:
«И чего, спрашивается, названивает в такую рань?»
На самом деле шел уже десятый час, но даже в это время звонки от Кости были чем-то странным. И совершенно ему несвойственным.
— Да? — воскликнула, активировав громкую связь и продолжая обуваться.
— Привет, сеструля! — комнату заполнил бодрый голос брата.
