Я ужин приготовил.
– Я не хочу есть, – поджимает губы.
Между строк легко читается: «С тобой».
– Приходи, тебе понравится. Заодно поговорим.
Она ныряет обратно в комнату и захлопывает дверь прямо у меня перед носом.
– Да чтоб тебя! Чё ты такая бесячая?! – рыкнув, ухожу на кухню.
Ужин остывает. Жалко, пипец. Сажусь за стол, отламываю кусочек мяса, макаю в соус и тяну в рот. Глаза закатываются от сочетания вкусов и текстур.
Слышу шаги. Надо же, решила выползти всё-таки.
Босая, с небрежно заплетённой косой, покрасневшими глазами, в свободных спортивных штанах и футболке.
Морщит свой симпатичный нос, принюхиваясь к ароматам, заполнившим кухню.
– Кто это? – косится на свою тарелку, будто я ей туда таракана положил.
– Птица. Садись уже, – киваю на свободное место.
Поля плюхается на стул, берёт вилку, толкает в сторону фундук, двигает ягоды, рассматривая каждую.
– О чём ты хотел поговорить? – не спешит пробовать.
– В общем, – осторожно разламываю яблоко, собираю на вилку соус, мясо. Поля смотрит на эту вкусняшку и шумно сглатывает слюну.
– Я был не прав, – заканчиваю свою мысль. – Шутка была грубой.
Хмыкнув и как-то странно улыбнувшись, Поля всё же решается попробовать то, что я приготовил.
Демонстративно долго жуёт, делая вид, что задумалась, а сама стреляет в меня глазками.
Отодвигает от себя тарелку, приборы.
– Рада, что совесть у тебя всё же есть. А это… – смотрит на гуся. Отодвигает табуретку, медленно встаёт. – Ничего так, – пожимает плечами, – пойдёт.
– В смысле, пойдёт?! – от возмущения из рук выпадает вилка.
– Ну-у, – тянет Поля, делая пару шагов от стола. – Борщ я люблю больше.
– Деревня.
– Сам ты деревня, – показывает мне язык.
– Откушу сейчас, – предупреждаю улыбающуюся язву.
– Только попробуй! – предусмотрительно делает ещё шаг назад, и ещё один.
С грохотом отодвинув стул, резко поднимаюсь, сводная взвизгивает и уносится в коридор. Усмехнувшись, срываюсь за ней. Ловлю за талию за секунду до того, как она нырнёт в свою спальню и снова забаррикадируется.
Рывком вжимаю в себя, но тут же отталкиваю, разворачиваю и прижимаю к стене, выставив ладони с обеих сторон от её лица.
Она упрямо смотрит на меня. Я на неё.
Мля, глаза какие… Большие, живые, серые с переливами, как расплавленный металл. Первый раз вижу так близко. Утонуть на хрен можно!
Встряхнув головой, сбрасываю наваждение и делаю шаг назад, убирая от неё руки. На языке крутились какие-то угрозы. Чёт я потерялся малость.
