Неуверенно покачиваясь на гибком черенке, он с минуту поразмыслил и медленно потянулся к Марне, изгибаясь во все стороны. На лице ведьмы проявилась легкая паника, особенно, когда она увидела, как по сочной зеленой траве распространяется изморозь. Иней дотянулся и до меня, пальцы мгновенно окоченели, но я не могла пошевелиться, подняться на ноги. Встань я сейчас, попаду под перекрестный огонь чужой магии."
"Марна встретила ледяной смерч огненной стеной – я видела, как трясутся ее руки от напряжения, по лицу градом катился пот.
Несколько раз ее защита ослабевала, и тонкие ледяные щупальца скользили по ладоням, оставляя на память белые следы обмороженной кожи. Помедлив, Марна сделала шаг вперед, сдерживая натиск Эрооло, и тот расхохотался от восторга. Видеть чужие ужимки на знакомом лице было почти жутко: он рычал, искажая классически красивые черты лица Одхана. Кожа, опаленная от волшебного пламени Марны, потрескалась, уголки губ рвались, когда Эрооло хищно усмехнулся, находясь в полнейшем экстазе от того, что хоть кто-то смог ему противостоять.
– Вот, кто бы стал прекрасной женой и матерью для моего потомства, – рыкнул он напоследок, ускользая в сторону от очередного удара Марны. Ледяной вихрь растаял от огня ведьмы, покрылся трещинами и рассыпался на сотню острых и тонких осколков. Они трещали под подошвой сапог, когда Эрооло повернулся вокруг своей оси, и рыжеволосая фигура расстроилась. Марна заметалась, пытаясь найти среди копий настоящего Эрооло, но поздно.
Тот уже скрылся с глаз. И только убедившись, что нам ничего не угрожает, Марна метнулась ко мне.
– Увидела, как этот гад к тебе топает, сразу же вернулась, – пояснила она, помогая подняться на ноги. Вновь разболелся укус Кассади, и я понадеялась, что оборотень не ядовит. Мне не хватало только загнуться где-то под кустом в княжеском саду.
– Снорре обещал, что помощь вот-вот придет, – робко произнесла Марна, пряча глаза. Я понимала ее, стопроцентной уверенности в том, что гвардейцы поверят капитану не было и впомине.
Но я едва ли слушала ее, глядя за ее спину. Пошатываясь, Лоркан поднимался на ноги из-за огромного осколка обрушившейся стены. Правая сторона его лица была залита кровью, одну руку он неловко прижимал к себе. На меня вновь обрушились фантомные воспоминания: Лоркан, полулежит в кресле, прижимая к себе раненую руку после покушения. Беззащитный, потерявший много крови. Все циклично, подумала я, шагая к нему.
