Если случится так, что вернуться мы не сумеем, я хотел сказать, что наше путешествие было одним из ярчайших событий моей жизни. Так же, как и вы, Ималия. Никогда не встречал подобных женщин в Аралионе.
Он улыбнулся одними уголками губ, грустно и обреченно. Я потянулась к нему, в надежде прикоснуться, ощутить, что он здесь и рядом. Хотела сказать ему нечто важное, которое бы перевернуло мою жизнь, разделила ее на «до» и «после». Но нас прервали.
– Они близко! По местам! – бодрый рык Снорре, предвкушающего кровавую битву, толкнул в спину, вынуждая разделиться.
Мелькнул белый мундир с серебряными звездами на эполетах; левее плеснула яркая юбка Марны, спешившей на контрольную точку.
Когда я сбегала по лестнице, ведущей в тронному залу, на моей груди блестела брошь – упавшая звезда, подаренная Одханом. Когда я достала фигурку Селофиссар из сумки, надеясь вознести хвалу и молитву за успешное окончание сражения, что-то мелькнуло на дне. Цветок из плоти звезды должен был принести мне неуязвимость, собирая вероятности так, чтобы ни одна шальная стрела или осколок камня не навредили мне.
Я хотела отдать ее Лоркану, ему она была нужнее, но он наотрез отказался.
«Я не ношу амулетов, Ималия»
И сердце сжималось, горько и жалостливо, предчувствуя беду.
Глава 30"
"Все, что случилось дальше, осталось в памяти разрозненными осколками впечатлений, словно глаза заволокло серой пеленой, не пропускающей солнца. Одно только помнилось отлично – фигура Лоркана, медленно спускающаяся по ступеням дворца на встречу Агне.
Увидев перед собой долгожданную цель, княжич неосмотрительно повел свои войска вперед, ко дворцу, игнорируя цурионцев, что разбегались при приближении его войска. Устремленный вперед, он видел только ожидающего его Лоркана и не заметил тяжелых глиняных кувшинов, полузасыпанных песком и мусором. На фоне разрухи, что царила во дворце и рядом с ним, десяток кувшинов легко затерялся, оставляя нам призрачный шанс на победу.
– Хочешь убить меня, сражайся как мужчина! – прокричал Лоркан, усиливая голос драконьей силой, от чего тот звучал хрипло и раскатисто. Замерев у стрельчатого, узкого окна, я видела только прямую спину и темную косу, которую трепал ветер. Но знала наверняка, что глаза его пылали алым, предвещая для Агне непростую, кровавую битву.
Широко улыбающийся Агне въехал в открытые ворота, озираясь с изрядным любопытством.
