Где-то рядом бродили Марна и Снорре, в который раз предпринимающие попытки наладить мосты – будучи слишком разными, им было тяжело притереться, не напоровшись на иглы, которыми оба обросли за долгие годы одиночества и испытаний. Но они упрямо шагали навстречу друг другу, игнорируя обстоятельства и всяческие «но».
Разговор предполагался не из легких – в ореховых глазах Лоркана скакали рубиновые искры. Он злился.
– Ималия, вы ведете себя неблагоразумно, – мягко произнес князь, скрещивая руки на груди.
– О чем вы, князь? – мы стояли друг против друга, а я терзалась чувствами, которые сжигали меня изнутри.
Князь, прикидывающийся заботливым и доброжелательным, только распалял во мне ярость.
– Царевич не отходит от вас не на шаг, – отчеканил Лоркан, – вы же не хотите дать ему ложную надежду?
Я вздохнула, затем еще раз. В груди нестерпимо жгло от несправедливости обвинений в легкомысленности.
– А вы, князь? Разве вы не поступаете ровно точно так же? Если вам мила халгская царевна, то не самое ли время возвращаться в Аралион? Готовиться к торжеству?
Если бы знала, что невинное предложение повлечет за собой грандиозный скандал, то прикусила язык.
Но я не имела дара предсказания, и все пошло прахом.
Марна и Снорре с потрясенными лицами следили, как мы с князем перебрасываемся претензиями, которые с каждым разом становятся все грубее. Голоса дрожали от злости, и я отдавала себе отчет, почему веду себя так, или не иначе. Но ни капитан, ни ведьма не вмешивались в перепалку, словно им и без слов было понятно, что терзало мое сердце и не давало сомкнуть глаз по ночам.
Меня заживо грызла ревность: когда Лоркан подавал Сугар руку; когда ехал с ней бок о бок по степи, осматривая стоянку конного войска халгов; когда пускался с ей в пляс, под бой барабанов и монотонное завывание шаманов. Все это время я умирала от злой и ядовитой ревности, тогда как Лоркан был неподдельно счастлив.
– Мой князь, хотела вас порадовать: Сугар именно та, которую мы хотели отыскать.
Царевна Сугар права – лучше кандидатуры вам не найти, вы связаны.
Вся ярость рубинового цвета, которая полыхала внутри Лоркана, погасла в одно мгновение. Прикусив губу, Лоркан задумчиво кивнул:
– Так и думал.
Мои слова дали ему все, чего он так долго хотел. Работа свахи, ради которой меня наняли, была выполнена. Но как же больно было смотреть, как он отыскивает фигуру Сугар рядом с ее шатром и мягко улыбается, предвкушая семейное счастье.
