– И в чем же заключается ритуал? – я нетерпеливо облизнула губы, чувствуя на них привкус вина – сладкий, но с легкой кислинкой.
Лоркан кивнул на мой бокал:
– Обменяться питьем. Еда тоже подойдет, но обмениваться пирожными уже не так возвышенно, как считаете?
Без слов я протянула ему фужер, и Лоркан принял его с легкой улыбкой, вкладывая в мои пальцы хрустальную ножку своего.
Я подняла руку, на свет рассматривая рубиново-алую жидкость:
– И просто выпить?
– Да, – сказал Лоркан, пригубив вина. Мне не осталось ничего кроме, как последовать его примеру.
Но вино оказалось чересчур крепким – от его тяжелого запаха и вкуса на глазах выступили слезы, дыхание сбилось. И пока я пыталась отдышаться, рядом с нами показались Снорре и Рау. Капитан, разгоряченный от вина и танцев, осматривал площадь с нескрываемым предвкушением. Искал кого-то? Рау же, в черном строгом камзоле, был сдержан и не сводил с меня взгляда, сердитого и недовольного.
– Скоро полночь, – вполголоса сказал он, но я расслышала. – Ты же помнишь традицию Карнавала?
Да, я прекрасно помнила.
Целовать в полночь того, кто стоит рядом. И стоило мне вспомнить, как куранты начали свою песнь. Они отбивали удар за ударом, и Рау, под прицелом взглядов Снорре и Лоркана, неумолимо приблизился, беря мое лицо в ладони. Поцелуй, пускай и предсказуемый, оказался для меня совершеннейшей неожиданностью.
Я опешила, не закрывая глаз – Рау прижался губами к губам, обвил талию руками, но я даже не пыталась вырываться.
Лоркан смотрел на нас, не скрываясь и кусая губы.
И я вздрогнула, не понимая, от чего так болит сердце, ведь поцелуй Рау был далеко не первым в моей жизни.
Глава 26
Поцелуй Рау был далеко не первым в моей жизни, но от него на меня напала оторопь. Руки стали тяжелыми, бессильно свесились вдоль тела, и я даже не нашла в себе силы вырваться или как-то иначе запротестовать. Только чувствовала тепло чужих губ на своих губах, сбивающий с толку напор Рау, да то, как внутри поднимается волна досады. Не так я хотела закончить этот вечер, совсем не так, пускай и никогда в жизни не призналась в этом, себе или кому-либо еще.
Лоркан стоял в одном шаге и смотрел на меня и Рау с невыразимой тоской и сожалением. От этого печального взгляда мне стало так горько, как будто я разочаровала единственного человека, чьим доверием искренне дорожила. Удивительная атмосфера близости и тепла оказалась разрушена до основания, растоптана бесцеремонным поступком Рау. Впрочем, Лоркана почти тут же отвлекли.
