Наташа протянула мне свечку в маленьком глиняном подсвечнике. Ободряюще улыбнулась, а я нахмурилась. Сложно благодарить за то, чего я не желала и что уж точно не считаю ни честью для себя, не милостью.
— Ну же, давай, — поторопила меня княгиня, заметив, что я не рвусь озвучивать благодарственную молитву.
Я тряхнула головой и посильнее сжала в руке подсвечник.
— Мне не совсем ясна эта традиция. Если вам надо принять меня в семью — пожалуйста, принимайте. А уж за что благодарить Многоликого, я сама решу.
Андрей, я так понимаю, говорить «спасибо» за оказанные ему честь и милость не собирается?
— Да какая же честь и милость?! — тут же взвилась Анна, словно только того и ждала. — Ты же пустышка! Пус-тыш-ка! Наш позор и погибель! А еще нос задираешь и ведешь себя так, словно своим появлением облагодетельствовала нас всех!
Как же в тот момент у меня зачесались руки что-нибудь ей поджечь! Например, нарядную прическу и лучше — нижние юбки! Ох и поплясала бы она у меня! Картинка, пронесшаяся перед глазами, была настолько яркой и реальной, что я даже почувствовала жар на ладонях и покалывания на кончиках пальцев от огненных искр.
Но и жар, и искры вдруг погасил холодный мужской голос:
— Вам не следовало так рано возвращаться, матушка. Веселились бы на празднике.
Андрей стоял в дверях, только не в тех, через которые я вошла. Неприметная на первый взгляд створка полностью сливалась с шелковыми обоями. Видимо, этот проход и соединял его и мои покои.
— Я приехала, чтобы соблюсти традиции, — подбоченилась княгиня.
— Не знал, что у нас в семье принято оскорблять новобрачную. — Андрей прожег сестру таким взглядом, что даже удивительно, как у нее и прическа, и нижние юбки не задымились.
Анна побледнела и потупилась.
— Вам лучше уйти, — хмуро добавил он.
— Но как же традиции? — заикнулась было Ольга.
— Традиции подождут.
— Ты так внезапно срываешься, уезжаешь из дворца, даже не поблагодарив императора. А теперь…
— Вам пора."
"Несколько секунд мать и сын буравили друг друга взглядами, а потом ее сиятельство в сердцах задула свечу и едва не прорычала:
— С этим браком все не ладно!
Шурша юбками, направилась к выходу, а за ней засеменили бледная язва Анна и скорбно вздыхающая Наташа.
Громкий хлопок — мы остались одни. Все произошло так неожиданно, что я даже не успела осознать, что теперь в этой комнате только он и я. Окончательно сбитая с толку Маша и не сводящий с меня глаз князь.
